Арбин

Я всегда была сдержана при посторонних людях и даже при столь близкой мне семье Романовых, но Марат… С Маратом мы жили под одной крышей, он – человек из моего болезненного и страшного прошлого, но только он способен был вывести меня на эмоции. Даже не Влад, которому нужно и можно было доверять, а Марат – преданный Арбину.

- Ты отстригла волосы? – замечает Марат, незаметно поднимает мое тело в воздух и приземляет на кресло в гостиной, - вся похудела, Арбинский хоть есть тебя заставлял, а тут совсем от рук отбилась. Самостоятельная стала и худая теперь.

При упоминании фамилии Арбина все внутри содрогается, но я заставляю себя сдержать болезненный порыв.

"Принимаю из рук мужчины бокал с прохладной водой. Делаю большие глотки, пока Марат садится напротив и осматривает мое убранство.

А здесь было очень уютно, я знаю.

Каждая деталь, каждый узор на стене или интерьерная мелочь – все было делом моих рук, а светлые тона приносили дому только положительные эмоции.

- Мальчик спит? – концы губ Марата чуть приподнимаются при упоминании нашего с Арбином сына, я киваю и опустошаю бокал с водой до конца.

- Он поздно уснул… Весь вечер плакал, хотя я все время была рядом с ним и обнимала, - признаюсь я, руками вытирая слезы и пытаясь успокоиться.

Нахлынуло так нахлынуло. Я раскололось впервые за много лет, но теперь здравый разум постепенно начал возвращаться.

- Он чувствует твои эмоции, Влада. Тебе нужно избавиться от таких угнетающих мыслей, тем более что Арбинский пока жив. Ты понимаешь это?

Я откидываю голову на спинку кресла и глубоко вздыхаю. Получилось судорожно после эмоционального взрыва, но вздыхаю.

- Я думаю об этом с четырнадцати лет. Я одна в семье, на мне лежит огромная ответственность – смысл жизни моих родителей, понимаешь?

Молчание – ответ мне.

- Я всегда думала: а вдруг со мной что-то случится? Вдруг у моего папы никогда не появится внук? Или внучка… Люди ведь живут ради своего продолжения, понимаешь? Раньше я боялась, что у меня никогда не будет детей, теперь же… Теперь я боюсь того, что не смогу поднять малыша на ноги, даже имея средства.

По глазам Марата вижу, что он все понимает.

- Ты эмоционально неустойчива. Тебе нужно совмещать успокоительное с посещением психолога, Влада, - вполне серьезно произносит Марат, и я иронично изгибаю губы.

- Я все годы была эмоционально устойчива. С посторонними людьми я эмоционально устойчива, просто заявился ты и я вспомнила все… Все из прошлой жизни и даже изнасилования.

Марат замолчал. Теперь он будет думать, что нужно говорить, будет фильтровать свою речь. Я надеялась, иначе со своими советами он уедет обратно в столицу.