Артефакт с темным прошлым [Сборник]

Допив кофе, он вышел на улицу, и именно в этот момент из подрулившего к краю тротуара такси вышел Стас Крячко. Сев на лавочку в тени тополей, приятели обсудили итоги своих сегодняшних встреч. Выслушав Гурова, Станислав, можно сказать, восхитился.

– …Сдается мне, Лева, профессор Платонов – это именно тот человек, который нам нужен, – изобразив рукой убедительный жест, категорично заявил он. – Вот не знаю отчего, но у меня ощущение такое, что мы узнаем от Платонова нечто обалденное. Век воли не видать! – спародировал он киношного главаря Доцента.

– Ну а ты что интересного услышал? – усмехнувшись, поинтересовался Лев, скрестив руки на груди."

"– Да что интересного? – Крячко безнадежно махнул рукой. – Ничего дельного. Около часа толкли воду в ступе. Спорили до хрипоты на самые разные темы: и о том, кто такой Рюрик, и о полете амеров на Луну – были они там или нет, и об этом самом «мировом эфире»… В общем, доспорились до того, что чуть не подрались! О-о-о-о-о!..

…И это не было преувеличением. Анатолий Фуклюнин оказался чрезвычайно активным (даже гиперактивным!) бодрячком годами за шестьдесят. В некотором смысле это был настоящий живой таран, который во всяком своем собеседнике видел прежде всего непримиримого оппонента. Когда Стас изложил ему причину, по которой решился «побеспокоить уважаемого ученого», тот с места в галоп ринулся доказывать ему, сколь неправ Рябинин, выдвигающий «заведомо безграмотные и авантюрные гипотезы». Выдав несколько пассажей о засилье в современной науке «целых орд самонадеянных, недалеких выскочек», он с какой-то стати вдруг перекинулся на историю Древней Руси.

– …Вот скажите мне: была ли такая историческая личность по имени Рюрик и если таковой существовал на самом деле, то являлся ли он норманном? А? – склонив голову набок, ехидно прищурился членкор Фуклюнин.

Будучи человеком от природы достаточно любознательным (хотя бы на уровне школьного юнната) и относительно эрудированным (научно-познавательные телепрограммы в свободное время Крячко смотрел часто, хотя и не все запоминал из услышанного), он нашел достойный ответ:

– Да! Рюрик был! И был он русским.

У членкора это утверждение вызвало приступ злорадного хохота.

– А вот и нет! А вот и нет! – с ликованием повторял он, размахивая кулаками.