Арвары. Книга 2. Магический кристалл

Ты ведь отправился искать исполина, чтоб привести его к арварам?

— Чем же не угоден тебе Космомысл? Ведь ты же хотел вернуться к Былому времени?

Волбран помрачнел.

— Мне мыслилось, ты обрел науку у светлогорских старцев и помудрел. Но зрю, ты еще молод и пыл юный не истратил, пытаясь выстроить городские стены. Нет, рано тебе княжить и вставать за кон, коль не проникся мыслью в суть нынешнего мира. Сиди-ка под запором еще дюжину лет, пока не вразумишься.

И уйти хотел, но Годислав вскочил.

— Постой, Волбран! Хулить меня горазд, так может, вразумишь, в чем я провинился? И почему Космомыслу не должно княжить?"

"— Способен ли ты внимать словам того, кто заточил тебя и лишил свободы?

— Внемлю, коли разумны твои слова!

— Покуда боги спят, нельзя, чтоб смертными правил бессмертный исполин, — сурово молвил Волбран. — Его в тот же час вознесут, обожествят, и станет он не Князь и даже не Закон, а бог, Творец, всевышний покровитель. И будет на земле еще одна ложная вера, которая по истечении лет захватит разум арваров и всех иных народов. Люди забудут истинных богов, и что же случится, когда те проснутся? Богам ведь все едино, кому мы поклонялись — Мармане, Уду или земному исполину — ложь чтили, а она суть Кривда, в какие одежды бы ни рядилась. И как же на сей раз накажут боги нас? Был холод ледяной — наступит зной палящий или потоп?

— Но Космомысл справедлив и благороден! — заспорил с ним Годислав. — Он не позволит, чтоб его обожествили!

— Кто спросит позволенья? Заблудшим и безвольным людям бессмертие кажется знаком божественности. Его возвысят против воли. И будет горе нам, когда проснутся боги, тем паче Космомыслу.

— Я слышал, македоны называют его пророком. Они безбожны и искали себе небесного покровителя, как некогда обры. Да ведь известно, что стало с обрищем. Пустое! Так и македоны пожрут себя.

— Нет, Годислав, напротив, взрастив своего бога, прославив его в землях, они возвысятся и овладеют миром.

— Да как же это возможно, Волбран? Македоны пришли из дикой пустыни, и нравы у них дикие. Кто станет чтить их бога?

— Коль это будет Космомысл, то все, кто сущ на земле. Вольные народы признают его за собственную волю, рабы — он сам был рабом, арвары станут чтить, ибо он варяг и внук Даждьбога, кто ростом мал — за исполинский рост, а кто велик, за то, что великан перед ними. Всяк отыщет в бессмертном исполине чему поклоняться.

— Не верю я тебе. Отчего же светлогорские крамольники меня не упредили, что будет так? Ужель они не зрят то, что видишь ты, сидя в полуденной стороне, где нет даже покрова Кладовеста?

Князь Тмутары помедлил, смерив Годислава взором, и так сказал:

— Добро, поведаю тебе иную суть вещей. Я посылал людей доверенных в Артаванское царство, волхвов сведомых, православных.