Атака по правилам

 — Се есмь воистину великая мысль! Пращуры наши в походы ходили на черное воинство поганое, и мы костьми ляжем, но свое святое предназначение выполним! Ибо в этом — правда великая, предками завещанная!

— Правильно, Софочка, — мудро подтвердил Серебрянц с удовольствием глядя на круглые коленки девицы.

Профессор слишком долго был лишен аудитории и теперь охотно воспринимал восторги любого смотрящего ему в рот слушателя. Даже косноязычную девицу с комплексом славянофилии. Впрочем, стенографировать Софочка умела очень неплохо.

Лев Моисеевич допил воду, вытер губы и вернулся к программным мыслям, он готовился к лекции в университете:

— Возрождение инквизиции есть жизненная необходимость, обусловленная борьбой за выживание нашего вида! Мы обязаны подвергнуть генетической чистке население Земли, выследить всех нелюдей и…

Что собирался сделать жизнелюбивый Серебрянц с нелюдями, Софочка дослушала в следующий раз — лежащий на столе мобильный телефон издал пронзительную трель.

— Идиотское приспособление, — выругался профессор и взял трубку. — Да?

— Лев Моисеевич?

— Кара? — осклабился Серебрянц и даже изогнулся так, словно бы колдунья могла оценить его льстивую учтивость. — С нетерпением ожидал вашего звонка.

Повинуясь резкому взмаху руки, понятливая Софочка вылетела из кабинета.

— Как ваши дела, Лев Моисеевич?

— Неплохо, — Серебрянц помолчал, — благодаря вам, разумеется, благодетельница.

В его тоне не было ни намека на иронию или усмешку — профессор хорошо понимал, чем обязан загадочной и всемогущей женщине.

— Когда выходит ваша книга? Забыла, как там она называется…

— «Человек. Философия победы», — услужливо напомнил Серебрянц, — а выходит она через три дня. В издательстве клятвенно обещали.

«Естественно, они пообещают, — подумала Кара, — учитывая то, какие деньги Нытик заплатил за публикацию профессорских изысканий, они должны были напечатать эту нетленку за час».

— Насчет рекламы вы уже разговаривали?

— Приходили люди из агентства, — подтвердил Серебрянц. — С завтрашнего дня начинаем рекламу книги на телевидении и радио. С послезавтрашнего дня информация появится во всех крупнейших газетах и журналах. Через неделю после выхода сделаем рецензии от РАН.

— При таком подходе ваша книга станет бестселлером.

— Чем больше я с вами общаюсь, Кара, тем больше мне кажется, что я сплю, — честно признался профессор. — Все происходит так, как я мог только мечтать.

— Это жизнь, Лев Моисеевич, — Кара улыбнулась. — Надеюсь, я могу рассчитывать на небольшое одолжение с вашей стороны?

— Все, что угодно, Кара! Как вы могли усомниться во мне?

— В самое ближайшее время вам предстоит серьезно потрудиться, профессор.