Ассана. Жизнь во льдах

А, может, приготовить завтрак? Раз уж заняться больше нечем. Всё равно нужно привести мысли в порядок и составить план развития нашего поселения. Были у меня далеко идущие планы, которыми стоит поделиться с полковником. Но прежде стоит систематизировать хаотично мечущиеся в голове мысли.

С печью обращаться я уже умела на уровне продвинутого мастера.

Когда в очаге весело затрещал огонь, я, закатав рукава и помолившись, чтобы оркунка не настучала мне по черепушке за самоуправство, решила оглядеться в поисках кладовой.

Клети я не нашла, зато под плетёным половичком обнаружилась дверца, ведущая в погреб.

Прихватив свечку, спустилась по лестнице вниз. Пахло сыростью и какой-то пряной травой. Пройдя чуть вглубь, обнаружила кучу ящиков, заполненных овощами, два объёмных мешка, в одном из которых оказалась мука, а другой был заполнен какой-то крупой, похожей на цельную пшеницу. У дальней стены, где было ощутимо прохладно, обнаружила полку, на которой стояли крынка молока, чаша с яйцами, плошка с мёдом, по запаху поняла, ммм божественный аромат луговых цветов и сладости, с нашим магазинным продуктом пчеловодства не сравнить, тут же обнаружился холщовый кулёк, заполненный солью и завёрнутое в тряпицу сальце. Сложив всё это богатство в пустую корзинку, направилась к выходу из погреба.

Оладушки к чаю и каша из крупы - неплохое начало дня.

Оркунка не ругалась, только хмыкнула себе под нос на мои извинения в излишней самодеятельности.

- Аланка, благодарствую за вкусный завтрак, - довольно протянул полковник, - уважаемая хозяюшка, - обратился он к Вите, - сколько мы вам должны за постой.

Женщина покачала головой и ответила:

- За продукты расплатитесь, а за постель ничего не надобно, - поднявшись из-за стола махнула увесистой ладонью в сторону входной двери, - собирайтесь, на рынок пора.

Алана, надень платье моей невестки. Завалялось у меня одно, она анатка, худая как ты, одни кости бренчат. В твоём костюме на люди показываться - невместно.

Мне оставалось послушаться совета и переодеться в платье, тёмно-коричневого цвета, пахнувшего чистотой и несколько пыльное.

Я, как могла, осмотрела себя в ручное зеркальце, но не успела и рта раскрыть, как Вита подскочила и трясущимся от возбуждения голосом, спросила:

- А можно мне глянуть, что это за вещица у тебя в руках.

- Да, конечно, это зеркало, - кивнула я, протягивая его женщине. Та взяла предмет, который тут же утонул в её ладони.

- У нас такого ни у кого нет, - покачала головой хозяйка дома, - продай мне, цену назначу - не пожалеешь, - вдруг вскинула на меня, блестящие восторгом глаза, - никогда не видела своё лицо столь чётко, какая я оказывается красивая баба.

Женщина - она и на Луне останется женщиной, подумала я и покачала головой.