Дважды одаренный. Том III

Да, передо мной сейчас самое обычное зелье маны.

А вот «необычное» нам ещё предстоит изучить. И я даже знаю, к кому я обращусь за помощью — всё-таки сам я не алхимик, а в энергетическом плане ничего необычного в зелье не ощущаю.

Откинувшись на спинку стула, я припомнил разговор, что произошёл между мной и Семёном в машине Василия на обратном пути.

* * *— Дружище, прежде всего я хочу поблагодарить тебя за помощь, — повернувшись к Яшке-киберцыгану, произнёс я. — Спасибо тебе большое. Без тебя мы бы не смогли отыскать Марину.

Я протянул ему ладонь.

Он серьёзно посмотрел на меня, затем тяжело вздохнул, стянул свой парик и рукавом стёр часть грима.

— Не стоит. Ты сделал для меня больше, и я только начал выплачивать свой долг. — Он ответил на моё рукопожатие.

— Не согласен, — мотнул я головой. — Мы полностью квиты. Ты мне ничего не должен.

Сёма удивлённо уставился на меня, он открыл было рот, но я не дал ему сказать:

— Ты мне ничего не должен. Я не хочу, чтобы между нами стоял долг. Не хочу, чтобы долг заставлял тебя ввязываться в авантюры ради меня.

Семён насупился и покачал головой.

— Ты вроде говоришь правильные вещи, Александр, но мне не нравится, как всё это звучит. Я всю жизнь буду благодарен тебе за спасение Алины. И…"

"— И только из-за этого ты помогаешь мне? — надавил я.

Я знал, что сейчас самое время перевести наши отношения с бароном на новый уровень. Чувство долга очень сильно внутри барона Прозорова. Оно может привязать его ко мне надолго.

Но его недостаточно, чтобы наша связь стала крепкой. Например, как у меня с Артёмом.

У Семёна есть ещё одна, считай, стержневая черта характера, помимо чувства долга. Главная струна души, если угодно.

Её я и хотел задеть в этом разговоре.

Глядя мне в глаза, Семён нахмурился ещё сильнее. А затем тяжело вздохнул и покачал головой.

— Что ты хочешь, Александр? Что за провокационные вопросы? Я помогаю тебе, потому что мы друзья. Доволен?

— Ну… — протянул я. — Почти. Но не совсем. Знаешь, впереди меня ждёт много удивительных открытий, но я не хотел бы подвергать своего друга излишнему риску.

Семён хлопнул ресничками, а затем всплеснул руками и выпалил:

— Ты с ума меня решил свести? Говори уже, что ты задумал! Я в деле!

— Из-за Алины? — покосился я на него.

Он закатил глаза и процедил:

— Какой же ты жестокий и вредный. Из-за того, что мне любопытно, вот из-за чего! С тех пор, как мы познакомились, ты то и дело подкидываешь мне тяжёлые задачки! Спасибо тебе за это, чтоб тебя!

Я не сдержался и засмеялся.

Ну да, жёсткий я. Не позволил Сёме и дальше прикрываться чувством долга за спасение Алины.

Ведь главная черта его характера — исследовательский интерес. Я хочу видеть в нём исследователя, а не должника.

— Смеётся он ещё, — продолжал бухтеть Семён.