Бальзам Авиценны

Федор Андреевич почувствовал легкое головокружение: вот, оказывается, какую тайну хранили в заброшенном городе храмов и собираются передать ее людям спустя сотню лет или больше! В отличие от маркиза, он ни на секунду не сомневался в правдивости слов толстяка. Капитан сам видел Великих Хранителей, говорил с ними и, как позже выяснилось, с двумя из них разделял тяготы пути и опасности, подстерегавшие в пустынях и горах. Невольно он выпустил руку Лючии и коснулся кончиками пальцев висевшей на шее странной деревянной таблички, подаренной Али-Резой.

Отец Франциск истово крестился и шептал молитву. По щекам у него стекали струйки пота, глаза казались остекленевшими.

– Боюсь, это сказки «Тысячи и одной ночи», – недоверчиво усмехнулся маркиз.

– Нет, не сказки! – отрезал Фиш. – Дочь тоже должна знать рецепт бальзама. Пусть она спасет отца, а тот – вельможу!

– Так вот зачем?.. – Глаза синьора Лоренцо хищно сузились.

Внезапно двери смежной комнаты распахнулись, и на пороге появилась Лючия: бледная, с распавшимися по плечам волосами, она стояла в снопе лучей солнечного света. Из-за одного ее плеча выглядывал встревоженный Федор Андреевич, не успевший удержать девушку, из-з другою – отец Франциск.

– Да, это не сказки! – Лючия вошла в комнату, остановилась между дядей и нотариусом, который при ее появлении вскочил и заметно смешался. – Это не сказки, – повторила Лючия. – Я знаю о бальзаме от отца и брата. Да, мой отец – шейх Мансур-Халим, Велики Хранитель тайны бальзама Авиценны! Но я знаю также, что ни один посвященных в тайну на протяжении веков никогда не использовал бальзам, чтобы продлить жизнь себе или кому-то другому. Великие Хранители призваны лишь сохранять тайну знания!

– Господи Иисусе! – глухо пробормотал отец Франциск."

"Маркиз да Эсти застыл, не в силах произнести ни слова: новость была для него слишком неожиданной. Оказывается, человек, волею случая ставший спасителем и мужем его покойной сестры, является Великим Хранителем мистической тайны бальзама бессмертия? Вот почему шейх так опасался происков врагов: они охотились не за ним, а за тайной, в которую свято верили на Востоке. И теперь несчастный может поплатиться жизнью за то, чего скорее всего не существует и не может существовать в природе! Какая горькая ирония судьбы! До чего же дошли «просвещенные» европейцы, слепо уверовавшие в красивый миф, – они затеяли страшную, кровавую возню вокруг старого слепого шейха. Они напали на почтенного человека, пользующегося заслуженным уважением своих соплеменников и единоверцев, пытались убить его сына, похитили дочь. Откуда только этим людям стала известна легенда о бальзаме Авиценны?

Внезапно Лоренцо осепила еще одна догадка: ведь шейх – известный на Востоке врач.