Белое солнце дознавателей. Книга 2

— У нас новый мальчик-для-битья? — растягивая гласные переспросила одна из девушек — одноклассница, с которой он так и не нашел общего языка.

— И больше никогда, — палец, как железный болт, больно впечатался ему в грудь, — не смей использовать Чен для решения своих проблем. Девчонка Блау хороша. Сегодня записи с вашей школьной дуэли увидят все. Идем! — вскинула она руку.

Один из ставленников Чен заржал, и игриво подбросил вверх пирамидку с записями.

Псаков Юг! Псакова сука Блау!

Когда они наконец ушли, Му с силой растер шею, и быстро-быстро заморгал — глаза запекло от ярости.

Нельзя плакать, нельзя! В какой момент его жизнь превратилась в …это? Он даже ответить этой Чен не может — кто Му на Юге и кто Чен?

Но они все у него получат. Высокомерные выскочки, возомнившие себя вершительницами судеб. В этот раз суке Блау удалось вывернуться, но они все у него попляшут. И эта Блау и эта девка Чен. Все запомнят, кто такие Му.

— Сир…

— Леди…

Он учтиво поклонился, пропуская пару южанок с соседнего сектора трибун, укутанных в белоснежные ханьфу с укрытыми кади волосами, и развернулся на выход. Сегодня на трибунах ему делать — нечего.

***

— Должны.

— Не должны.

— Должны, — с нажимом прошипела Марша почти мне в ухо, обращаясь к Фей-Фей. В этот раз я занимала место в первом ряду по праву — новый основной состав северной команды был представлен распорядителями. Взгляды, направленные на нас были сочувствующими, злорадными, удивленно-недоуменными, равнодушных — не было вообще, потому что минус одна команда — это минус один сильный участник, это плюс одна ступенька вверх — к пьедесталу, при этом совершенно без усилий.

Легко и непринужденно. В своих мыслях они уже перешагнули Север и пошли дальше. Потеряв хаджевцев, мы потеряли даже призрачный шанс войти в тройку лидеров. Гебион в самом начале сделал ставки и следил за движением в турнирной таблице неофициального тотализатора — мы теперь «пятые», последние, проигравшие заранее, те-кого-списали, те-кого-можно-больше-не-учитывать.

— Это не обязательно, — мягко, но непреклонно-решительно возразила Фей-Фей.

— Должны! Если снимут артефакты, и Наместник будет представлен аудитории официально, все должны следовать этикету и приветствовать согласно правил! — настаивала Марша.

Я покосилась на правый сектор, где, занимая сразу четыре верхних яруса, располагалась ложа южного Наместника. Сейчас сектор выглядел серебристо-серым — защитная пленка куполов, растянутая сразу над несколькими ложами была непрозрачной, и выделялась неподвижным пятном, на общем фоне цветного многоголосия кольца трибун. Посетило ли второе императорское высочество школьное мероприятие или нет — сказать было нельзя — штандартов не размещали.