Белое солнце дознавателей. Книга 2

— Мара ли, — Таджо оценивающе смотрел в коридор, на Каро, который так и крутился перед зеркалом.

— А что ты хотел? Не получилось с ним, ревизоры будут ловить нас на другом. Концентрируйся на приятном — пара дней отдыха от Хали-бада, местная кухня, и преподавательницы пансиона, будем надеяться, что там хорошенькие Мастера.

— Не надейся. Ты сам знаешь, Бель-ле — дыра, заведение старейшее и закрытое, остаются работать только старые девы, и кого не рады видеть в кланах.

— Блау прислал заверенное разрешение на проведение допроса племянницы?

— Визировал лично, он прибыл на Юг.

Можно не ездить, раз дал разрешение так легко — Маре очевидно, девчонка ничего не знает.

Бутч плел узлы сосредоточенно, по старой привычке, отслеживая каждую мысль в голове и отбрасывая в сторону: глушилка, следилка, двойной на проникновение, и якорные, если проникнут внутрь — первые четыре узла — готово.

Разбудить Райдо к порталу, придать ускорение Младшим, напомнить Шахрейну о подаче заявки, послать вестник поторопить Тиля, а то он может забыть о времени в своем Госпитале — ещё четыре узла — готово.

— Ты был у целителя, Адриен?

Он выругался, упустив последний узел плетений.

— Не спрашивай под руку, сколько зим учить? — Бутч сердито махнул рукой, отгоняя Таджо. — Вернемся с Бель-ле — зайду. За день ничего не случится.

***

Пирамидки не понадобились, хотя дядя принес целую шкатулку чистых. Точнее хватило одной, потому что Акс …псаков-предатель-и-выкормыш-шекков… уже слил записи дяде. Отправил всё, что показала ему после Кораев.

Я в который раз вознесла хвалу Великому, что скрыла всё, что касалось Иссихара.

У меня не было ни малейших сомнений в том, как дядя распорядился бы информацией. И ни малейших сомнений в том, к чему это привело бы.

Иссихар Дан против Кастуса Блау, дом — в руинах, клан — уничтожен, на территории останется только один… превосходная перспектива. Нет, пока мы не найдем решение проблемы с Зовом, всё, что касается Дана — только мое. И точка.

Последний разговор с Аксом я слила частично. С откровенно мстительным удовольствием — слать записи без спроса! И потом жадно наблюдала за тем, как меняется выражение лица дяди, когда он смотрит, насколько глубоко задет и обижен Аксель невниманием и тем, что его не допускают в дела клана.

"

"«…что будет, если дядя умрет, мелочь?… род улетит за грань… с какими родами у нас подписаны соглашения о намерениях… не учит меня, не допускает к управлению… как будто не считает, что следующим главой стану я…»

Чем дальше крутилась запись, тем меньше эмоций отражалось на лице дяди.