Белые искры снега

Жень, а ты как сюда попал, если так занят? – все же спросила я с притворным беспокойством.

– Ранджи пригласила, – отозвался он почти равнодушно, но мне на короткое мгновение показалось, что в глубине души парень нервничает.

– Вот как, – протянула я, чувствуя, как внутри копошится обида. – Я тебя тоже несколько раз приглашала, только мне ты не мог времени выделить. Наверное, из-за репетиций. Наверное, ты просто не знал, что я тут буду, да?

Я явственно попала в точку. Ну, Ранджи, сводница, удружила! Сама она до этого не додумалась бы, наверняка тут Аленка или Алсу замешаны, или они вместе – Насть, да ладно тебе, – не сильно хотел развивать эту тему парень.

Он хотел что-то сказать, но почему-то замолчал. Зато стала говорить я. Подруги только молча и явно с удивлением слушали нас, переводя изумленный взгляд то на него, то на меня.

– Я просто хочу знать правду.

– Перестань усложнять, – сердито произнес Женька, и я почти чувствовала его желание прикоснуться ко мне.

– Когда это истина стала усложнением? Значит, ее ты не игнорируешь, а меня игнорируешь? – продолжала я ровным тоном, не глядя на него, а скользя взглядом по меню.

Мне очень хотелось посмотреть на него, но я сдерживала себя. Ненавижу скучать по кому бы то ни было. Но еще больше меня выводит из себя равнодушие человека, который мне дорог. Кажется, это моя уязвимая сторона. И, кажется, я как раз тот человек, который способен переступить черту, отделяющую любовь от ненависти, добрые чувства и расположение от злых и неприязни.

– Не игнорирую я тебя, – отозвался Женька. Голос его был вроде бы тоже спокойным, как и мой, но я чувствовала в нем легкое напряжение.

 – с чего решила?

– Ты игнорируешь мои звонки и мои предложения встретиться где-либо, – продолжала я изучать меню, не глядя на парня. – Никого больше из компании ты не игноришь. Как я должна это воспринимать?

– Воспринимай как хочешь, – отозвался Хирург, начиная напрягаться. Я точно знала, что если сейчас коснусь его плеча или предплечья, почувствую, как напряжены мышцы. Мне больше всего на свете вдруг захотелось коснуться Женьки – даже в кончиках пальцев появился жар, но я сдержала себя. И это желание, как и горячее желание быть любимой и получить свой кусок от человека, к которому было неравнодушно мое сердце, вдруг превратились в совершенно иную эмоцию – холодную злость.

Она, как заправский наездник, оседлало все мои прочие чувства, превратив их в ледяного скакуна.

– Тогда я восприму это как нежелание общаться со мной. – Я перевернула страницу меню, не найдя ничего подходящего из предложенных напитков.

– Ребят, – попыталась влезть Алена, но у нее этого не получилось.

– Ну и зря, – рассерженно произнес Евгений, не слыша ее.