Беременна от мажора

Это будет великий позор, от которого мы никогда не отмоемся. Это как быть внуком Чикатило или кузеном Теда Банди. Подобные вещи не забываются. Где сейчас великий Вайнштейн, после того, как дела предали огласке?

Отец всегда думал, что я не решусь рискнуть своими же деньгами, не стану пилить сук, на котором сижу. Возможно, Иванка выйдет за Игорька, а я прогорю со своими теплицами, но мне давно стоило помочь сломленным моим отцом девчонкам.

Оставив сына и Иванку в деревне, возвращаюсь в город, звоню тем, что попроще. Девочкам, писавшим заявление, но не получившим правосудия. Потом перехожу к своим бывшим подружкам. Большинство бросают трубку и отказываются вспоминать тот кошмар и прилюдно выступать с открытыми обвинениями, но находятся трое, готовые мстить.

ДимаЯ перешел по ссылке Первого канала, выбрал «Участвуйте в проекте». Указал контактные данные, свои настоящие фамилию, имя и отчество, дату рождения, телефон и место работы. Ввел тему письма. В поле «Ваша история» кратко и лаконично, соблюдая правила русского языка, описал одно из происшествий с участием моего отца. Затем прикрепил его фото. Ввел капчу и нажал «Отправить».

Тут же стало морозить, будто подхватил грипп или простуду. Состояние ужасное. Уставился в стену и стал ждать. И уже через час мне позвонили.

Говорят, за участие в шоу семье одной девушки, подвергшейся насилию, заплатили полмиллиона, но, честно говоря, я сомневаюсь, думаю, тысяч сто, не больше.

Редактор предложила оплатить дорогу и гостиницу, но я отказался, взяв расходы на проживание девочек на себя."

"И вот мы тут, до эфира остаются считаные минуты. На улице идет дождь, капли громко тарабанят по стеклу, мокрые листья вихляются на ветках, а я сижу на засаленном пыльном диване возле гримерок и жду девочек.

Иванка выходит последней, выглядит такой же красивой, как и прежде, но очень бледной и перепуганной. Опускается на место рядом со мной, при этом спину держит ровно, ноги сжаты, ладошки на коленях.

— Ты уверен, что это поможет?

Вместо ответа я беру ее ледяную руку в свою ладонь, долго смотрю в большие синие глаза. Иванка руки не вынимает, осознает всю важность момента.

Она будет выступать первой, и именно ей придется вывалить на зрителей нашей необъятной родины информацию о том, как мой родной отец напал на нее в лесу. И в этот момент я буду сидеть с ней рядом.

Мы молча переглядываемся, переживая этот миг. Нечто похожее я испытывал, когда впервые совершил прыжок с парашютом. Тогда мы с инструктором словно стали единым целым. Сейчас мы с Иванкой боремся за сына, и наша правда — то единственное, что у нас есть.

А дальше начинается ад. Вы думаете, есть на свете люди, способные самостоятельно шагнуть в котел с бурлящим маслом? Скорее всего, участников ТВ-шоу обманывают.