Беременна от мажора

— Неет, — игриво улыбаюсь, гонимая роковым влечением, — я теперь только твоя, Красинский.

От невиданной храбрости краска приливает к лицу, делая его горячим и розовым. Щеки бесстыже пылают. Я абсолютно голая, но мне невыносимо жарко.

— Тогда, — растягивает слова Дима, — иди сюда и докажи.

Я вспыхиваю от смущения еще сильнее, хочется сказать что-нибудь резкое, но все слова как назло улетучиваются. Он стягивает свои штаны, представая передо мной во всей красе. Отчаянно робея, ползу на коленях по дивану. К нему. Испытывая непонятное и ранее неизведанное предвкушение.

Похоже, все в этой жизни у меня впервые случается именно с Димой. Я никогда и никому этого не делала. Игорю не хотелось, а тут даже чуточку стыдно, как бесстыже обильно скапливается во рту слюна.

Да и Дима так на меня смотрит, что я, не раздумывая, дарю сокровенную ласку. Он дышит чаще, а я кайфую от новых ощущений и власти над ним. Не думала, что это обалдеть как приятно — делать сладко и хорошо любимому. Мне нравится. Я вхожу во вкус. И, глядя ему в глаза, жадно импровизирую, вынуждая Красинского шипеть и сквозь зубы ругаться матом.

Глядя друг на друга, мы получаем удары током нарастающей силы. Страсть только разрастается. Я преданно облизываю губы, все так же покорно стою перед ним на коленях. Тогда он вдруг наклонятся и благодарно целует меня взасос, с языком, по-французски, совершенно не смущаясь того, что я делала секунду назад.

Момент абсолютного единения.

— И что же стало причиной вашего с доктором расставания? — Обрушивается он на меня с более откровенными ласками, придавливая к дивану.

Мне становится тепло, мне нравится, когда он рядом.

— Дай подумать, — широко улыбаюсь, обнаруживая нотки веселости в голосе Димы, от этого как будто даже комната светлеет. — Думаю, просто не сошлись характерами.

Вру, вру, вру, еще раз вру. Дразнюсь и играю. Просто хочу еще немного его ревности. Услышать, как он ко мне относится, я ведь и не думала, что именно сегодня на меня обрушится нежданное счастье. Это так приятно: ощущать себя нужной.

— А я вот думаю, Иванка, — хрипит Дима, — что вашей паре помешал кто-то третий.

— Интересно, кто же это? — шепчу на выдохе.

— Кто-то, кто от тебя без ума, — признается, не прекращая поцелуев.

— И я тебя обожаю, — бубню ему в губы, крепко обнимая за шею и открываясь в ответ.

***"

"Оплетаюсь вокруг мощного мускулистого тела Димы, обнимаю и благодарю, получая взамен жаркие поцелуи. Я всегда о таком мечтала. Лежать подолгу вдвоем, ощущать тепло любимого человека, перепутываться руками и ногами и чувствовать, так много всего получать. Осязать, как все вокруг наполняется пульсирующей природной энергией, любовью и радостным светом.

Жаркое Димино дыхание возле уха выдает, что он мог бы еще. Это будоражит.