Беременность на сдачу

Мы встаем из-за стола и направляемся на выход из ресторана. Я надеваю шубу и выхожу из помещения, глотая свежий воздух. Между нами совершенно точно ничего не будет. Мы праздновали Новый год порознь: я в нашем доме со Светкой, а Матвей… я даже не знаю где он был.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍"

"Я сказала ему правду. Я больше не хочу бегать туда-обратно. Не хочу чувствовать что-то к нему и пытаться его понять. У меня есть я, моя беременность и дети, которые родятся очень скоро. Это единственное, о чем я должна думать. Именно поэтому когда мы садимся в машину и Матвей что-то пытается сказать, я его обрываю:

— Давай сведем общение к минимуму. В контракте нет ни единого слова о том, что я должна с тобой разговаривать. Я бы предпочла придерживаться его пунктов и общаться только на приемах и там, где есть журналисты.

— Как скажешь, — холодно отвечает он и заводит автомобиль.

Мы приезжаем домой, после чего я сразу же ухожу в свою комнату. Сегодня ко мне должна приехать Света, а еще мне чертовски интересно, почему Ира не выходит на связь и пресекает любые попытки поговорить. Об этом можно спросить у Матвея, но опять же, захочет ли он раскрыть правду? И что попросит взамен?

Я наспех принимаю душ, после чего забираюсь в кровать и решаю поспать. Меня клонит в сон практически ежедневно и в последнее время я едва ли могу бороться с этим желанием организма. Малыши внутри толкаются так, что иногда я едва сдерживаюсь, чтобы не стонать. У меня уже двадцать пять недель. Живот растет не по дням, а по часам.

И я жутко переживаю из-за родов, потому что хоть Матвей и молчит, но мне нужно носить малышей подольше. Желательно, недель, до тридцати восьми, а лучше сорока, чтобы оба ребенка сформировались. Я переживаю, что роды начнутся преждевременно и я потеряю малыша от Матвея. Я не хочу этого, особенно после того, как он сказал, что знает, каково это — потерять ребенка.

Света приезжает вечером, когда я выспавшаяся поглощаю ужин. Я быстро бросаю еду и бегу открывать, провожу подругу на кухню и спрашиваю:

— Будешь что-то?

— Нет, спасибо, — подруга залезает на высокий стул и располагает руки на барной стойке. Я сажусь рядом и доедаю свой ужин. — Куда в тебя влезает! — удивляется Светка.

Я отшучиваюсь, что просто дети требуют все больше и больше, а сама думаю о том, что мы так и не поговорили о ней. После свадьбы с утра у меня было не то настроение, чтобы разговаривать. Я вообще была подавленной и расстроенной, не хотела никого видеть. И вот сейчас думаю о том, как Света себя чувствует.

— Ты общаешься с Ирой? — спрашиваю у подруги, всматриваясь в ее лицо.