Береника

Радетель Алесс сам ко мне частенько забегает за зельем каким, а то и просто чаю попить. Я вас познакомлю как-нибудь. Уверена, он тебе понравится!

Лично я подобных надежд не питала, но, если честно, очень бы хотелось, чтобы все сложилось хорошо. В конце концов, если на свете существует один нормальный сорит, так почему бы не существовать и другому? Насколько вижу, в Туманных землях к Солнечной вообще относятся без фанатизма, в отличие от южной соседки Соринии. Колдунов не ущемляют, за упоминание имени Сумрачного вслух не наказывают.

В общем, чувствую, я здесь приживусь.

Поздний вечер потонул в примерке обновок. Бриалина и себя не обделила, так что вертелись перед зеркалом мы на пару под насмешливые комментарии мужского населения дома.

А укладываясь спать, я сделала глупость. От усталости, не иначе. По-другому объяснить своего поведения не могу. Спряталась с головой под одеяло, чтоб никто не видел моего позора, и тихонечко прошептала:

— Сплю на новом месте, приснись жених невесте…

И ведь приснился, зараза! Не важно, что место новым было вчера.

Огонь, кругом огонь… Чужой, враждебный! Не то ласковое пламя, что теплыми лепесточками ластилось к телу, никогда не обжигая. Оно горело где-то глубоко внутри, к нему я давно привыкла. Жизни теперь не представляла без внутреннего огня!

Это же… Рычало, бесновалось, болезненно обдавало жаром. Полыхало все! С обеих сторон высились оранжевые стены. Только их и можно было разглядеть. Да еще узкую оплавленную дорогу. Она шаталась (или это меня шатало?), и несколько раз я едва не рухнула прямо в пламя.

Но его рука всегда оказывалась рядом и успевала подхватить в самый последний момент.

Мы бежали. От кого — не знаю, но страх так сильно сжимал сердце, что сомневаться в реальности опасности не приходилось. Еще этот огонь! Силой клянусь, он подбирался и со спины. Пламя ревело так громко, что услышать погоню было нереально, но интуиция подсказывала: она есть.

Кошмар тянулся бесконечно… Мысли путались от ужаса, по лицу текли солоноватые капельки и скрывались за воротом платья, ноги болели. И только сильная рука, крепко сжимающая мою ладошку, придавала сил.

— Мне страшно, — без всякого стеснения призналась я и замерла на месте. — Останови их!

Ответить он не успел. Взгляд мазнул по высоким коричневым сапогам… и все потонуло в красноватом мареве.

Я проснулась будто от толчка и долго бессмысленно пялилась в потолок. Предрассветные тени уже начали рассеиваться, но солнце покажется еще не скоро.

И пригрезится же! До сих пор трясет не то от страха, не то от ощущения тепла и силы, которое дарила его рука. И сердце стучит громко-громко и отдается болью в висках. Я села и на всякий случай сильно тряхнула головой. По-другому мысли в порядок сейчас не приведешь.