Береника

Вот бы остаться до утра…

— Этот аристократишка тебе очень нравится?

Неожиданный вопрос заставил вздрогнуть. У него что, совсем глаз нет?!

— Я же отказала ему!

Серые глаза лукаво прищурились.

— И что с того? Может, ты просто подразнить мальчишку хотела. Женщины часто говорят одно, а подразумевают прямо противоположное.

Внутренности окатила обжигающая волна. Да как он вообще…

— Большой опыт, да?

Сумрачный бы побрал эту связь! Уже и приступы собственничества начинаются. Обостренные!

— Не сказать чтобы очень. — Лицо дасха закаменело. Видно, лучше оставить эту тему.

До лучших времен… — И мы говорим не обо мне. Так что, Дымка?

Глубоко вздохнула, возвращая покинувшее меня спокойствие, и тихо проговорила:

— Не имею привычки играть чужими чувствами. Я считала его другом, но, кажется, ошиблась.

Дасх удовлетворенно кивнул.

— Вот и держись от мальчишки подальше. Не нравится он мне.

О, да тут не одна я страдаю от… хм, приступов! Того и гляди, утром ошейник с поводком на себе обнаружу. Или печать именную.

И почему меня это совершенно не злит?

Он словно мое отражение. Или это хрупкая ниточка, связавшая нас, так действует? Не зря в народе говорят, что спасший кому-то жизнь навсегда останется в ответе за своего должника.

— Гад! Мерзавец!! Изменник!!!

Неужели вернулся? Я вскочила, замоталась в одеяло (чего стесняться, все свои!) и рванула во двор с твердым намерением лишить одного поганца рыжей шевелюры. Спалю к Сумрачному!

— Да как ты только мог так со мной поступить?!

Увы, практиковаться в парикмахерском искусстве было не на ком. То есть шастали по двору домочадцы, но они меня на экстремальное творчество вдохновляли мало.

— Думаешь, страдать по тебе стану?

Я обшарила взглядом двор и видимую часть сада и чуть с крыльца не свалилась от открывшейся картины.

Одетая и причесанная наставница (ни намека на вчерашнюю растрепанную истеричку!) эмоционально высказывала претензии… безлистому кусту малины. Даже оплеухи отвешивать пыталась!

— Да ты слезинки моей не стоишь!

Беззащитный куст согласно помалкивал."

"— Какого Сумрачного здесь происходит? — Я поплотнее завернулась в одеяло и с тоской покосилась на свои босые ступни. В следующий раз, когда соберусь вершить страшную месть (справедливость в смысле), сначала оденусь.

— Он-то здесь при чем? — Вышедший на крыльцо вслед за мной Марлекс вздрогнул и как-то поменялся в лице.

А еще обзаведусь полезной привычкой сначала думать, а уже потом говорить. Даже спросонья. Даже при зашкаливающем удивлении. Что там гласит легенда? Дасхи были заточены глубоко под землю за то, что Сумрачному поклонялись?

— Мы им ругаемся. — Я пристыженно опустила глаза. — Прости. Не хотела оскорбить твои религиозные чувства…

Мужчина коротко и, как мне показалось, зло хохотнул.