Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

Затем многогранник шевельнулся как живой (создавалось именно такое впечатление), в ладонь сорвалось колечко тепла, и модуль стал шёлковым на ощупь. Длилось это ощущение долю секунды и прошло, но Саблин понял, что эргион настроился на его биополя.

— Ну как? — с любопытством осведомился Прохор.

— Он шевелится…

— Всё в порядке, это эффект гармонизации биополей. Он тебя будет чистить и гармонизировать.

— Каким образом?

— Ты почувствуешь, насколько легче станет работать организм.

— Давай попробуем его в эксперименте.

— Для этого надо нырять в Бездны, а я сейчас не настроен, хочу просто подышать чистым воздухом и расслабиться.

— Ладно, дыши, я у тебя воздух не отнимаю. Появится минутка, дай знать, мне почему-то кажется, что умение ходить по числомирам «матрёшки» мне скоро понадобится.

— Не боишься, что и за тобой начнут гоняться Охотники?

— Пусть попробуют.

Прохор задумчиво оглядел лицо Данимира, покачал головой.

— Мне когда-то тоже казалось, что я легко отобью любую ментальную атаку. А теперь приходится прятаться от друзей.

— От меня прятаться не придётся.

— Надеюсь.

Саблин не обиделся, вполне понимая чувства друга.

К тому же Охотники могли повторить пси-атаку на него и попытаться зазомбировать, внедрить своего эмиссара. Чем закончится эта попытка, он не знал, хотя готов был сражаться с зомбирующей программой не на жизнь, а на смерть.

— Тогда идём обедать, уже время.

Прохор посмотрел на солнце, прищурясь, кивнул с запозданием.

— Можно и пообедать. Ты звонил Юсте?

— Звонил.

Ответ Саблина был так лаконичен, что Прохор улыбнулся.

— То есть её можно не ждать?

— Она так не сказала, а ты мог бы не спрашивать, зная её занятость.

— Знаю, потому и не жду.

— Ты ошибаешься.

— Относительно чего? — не понял Прохор.

— Относительно поступков Юстины. Если бы она тебя не ценила, давно ушла бы и не встречалась. Просто у неё такой характер.

— Если бы она меня ценила, мы давно жили бы вместе. Так что ошибаешься ты.

Саблин задержался на пороге.

— Мой наставник говорил: если ты можешь исправить последствия своей ошибки, ты ещё не ошибся. Поэтому мы оба ещё в начале пути. — Он подумал. — Иногда совершаешь такие поступки, что тараканы в голове аплодируют стоя. — Он ещё немного помолчал.

 — Хотя я никогда не ошибаюсь.

Прохор засмеялся, подтолкнул его в спину:

— Иди, философ. Математику в институте нам преподавал профессор Чмыхало, так он любил повторять: возможно, твои ошибки — то, что нужно Вселенной.

— Меткое замечание, я запомню, — пообещал Саблин.

Пообедали, отведав на первое грибной суп, а на второе — котлеты из марала.

— Прогуляемся? — предложил Саблин, когда они вышли из ресторана, с удовольствием окунаясь в солнечные лучи; стояла идеальная для этих мест погода.