Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)
Математик Прохор Смирнов овладевает секретными свойствами чисел и форм и путешествует по различным мирам, порой весьма экзотическим и радикально отличающимся от нашей реальности. Его путешествия дестабилизируют некоторые из миров и несут серьезную опасность для грандиозных планов Владык Темных Бездн. За Прохором начинается поистине глобальная вселенская охота…Передышка между боями не равна перемирию. Да и не может быть никаких договоренностей с теми, кто хочет изменить Мир, изъяв из него правду и добро и заменив их кривдой и черным злом. Но даже эта передышка оказывается короткой. Хватит ли у числонавта Смирнова сил на этот путь, не знает ни он, ни его друзья и соратники, которые стали теперь главной мишенью атаки Владык, решивших во что бы то ни стало проникнуть в Первомир и раз и навсегда изменить законы Бытия…
Математиком он действительно был от бога и мог решить практически любую задачу, как он сам считал, если это было ему интересно. Поэтому наряду с практическими ординарными вычислениями он взялся и за не решённую до него никем проблему построения «периодической системы простых чисел». Почему-то казалось, что он её обязательно решит.
Проблему до него пытались решить многие блестящие умы. Состояла же она в простом постулате: можно ли просчитать или предсказать следующее за известным простое число?
В принципе любое число можно представить как произведение простых чисел.
Прохор этого не знал. Именно поэтому ему было интересно возиться с построением таблицы, тем более что каждое простое число он проверял ещё и формонавтически — путешествуя в резонансные узлы числомиров, подчинявшихся сакральным законам цифр, эти числа составляющих.
Кроме того, после боя в Узилище Прохор всерьёз задумался о своей спортивной форме. В отличие от «родича», Прохора-одиннадцатого, он никогда особенно не переживал по поводу своего облика и не занимался по утрам зарядкой, считая это напрасной тратой времени. Тем более что по утрам он всегда хотел спать, просидев у компьютера пол-ночи.
Однако последние события заставили его переоценить свой образ жизни, он начал ложиться вовремя — до двенадцати ночи, и с октября начал ходить к Данияру на занятия, удивив не только Саблина с Устей, но и самого себя.
Поначалу было трудно, пришлось восстанавливать физическую форму, и тем не менее занятия с другом он не бросал.
В январе Устя заявила, что едет на чемпионат Европы в Ишгль, один из самых известных австрийских горнолыжных курортов.
— Потерпишь без меня пять дней? — лукаво поинтересовалась она, сидя у него на коленях утром тринадцатого. — Придётся обедать и ужинать в ресторанах. Ты у меня привык есть всё свежее.
— Во-первых, я буду ужинать у Саблиных, — ответил Прохор, прикидывая, что лучше: позавтракать сначала или сразу отнести жену в кровать.
— В среду.
— Значит, мне придётся отпрашиваться всего на пару-тройку дней, а там у нас будет ещё суббота и воскресенье. Возражать не будешь?
— Нет, — помотала головой, зажмурившись, счастливая Устинья.
Однако планы пришлось скорректировать.
Сначала его посетил «одиннадцатый родич» и предупредил о возможном появлении Охотников.

















