Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)
Математик Прохор Смирнов овладевает секретными свойствами чисел и форм и путешествует по различным мирам, порой весьма экзотическим и радикально отличающимся от нашей реальности. Его путешествия дестабилизируют некоторые из миров и несут серьезную опасность для грандиозных планов Владык Темных Бездн. За Прохором начинается поистине глобальная вселенская охота…Передышка между боями не равна перемирию. Да и не может быть никаких договоренностей с теми, кто хочет изменить Мир, изъяв из него правду и добро и заменив их кривдой и черным злом. Но даже эта передышка оказывается короткой. Хватит ли у числонавта Смирнова сил на этот путь, не знает ни он, ни его друзья и соратники, которые стали теперь главной мишенью атаки Владык, решивших во что бы то ни стало проникнуть в Первомир и раз и навсегда изменить законы Бытия…
О том, что он успел прочитать послание Владык (кто ещё мог написать такое письмо?), Прохор рассказывать не стал, чтобы не пугать жену. Текст врезался в память, и его ещё надо было проанализировать, хотя, по сути, это была прямая угроза.
Домой улетели поздно вечером в воскресенье.
В Москве высадились из самолёта в пять часов утра.
Здесь их ждал знакомый Саблина на отечественной «Клюкве», и в Вологду путешественники приехали утром, в начале десятого, успев немного поспать в дороге.
Прохору приснился странный сон.
Он стоял на мосту, пересекавшем не реку, а скорее озеро или залив, а над горизонтом, в той стороне, куда устремлялся красивый вантовый мост, вставало переливчатое золотистое сияние в форме новогодней ёлки.
— Ваши документы! — раздался голос за спиной.
Прохор дёрнулся, оглядываясь.
Мост перегораживала решётка, разделяя чёрную половину сооружения, утопающую в темноте, и светлую, на которой стоял Прохор.
Между ним и решёткой стояли три фигуры в пятнистых комбинезонах. Лица их скрывали маски, напоминавшие древние противогазы. Были видны лишь яркие белые глаза с вертикальными зрачками.
— Ваши документы! — повторил ближайший из троицы, угрожающе поднимая дубинку.
«Беги!» — просочился откуда-то в голову едва слышный шёпот.
Прохор попятился, чувствуя, как вздрагивают под ногами плиты моста, развернулся, побежал… и проснулся!
Он сидел на заднем сиденье «Клюквы», рядом со спящей Устей, автомобиль объехал с десяток машин по обочине, раскачиваясь, как лодка на волнах, углубился в улицы Вологды.
Устя проснулась, села прямее, потёрла кулачками глаза.
— Приехали?
— Скоро будем дома, — расслабился Прохор, прижимая жену к себе.
Первыми высадились у своего дома Шатаевы."
"— Сходи в гости к одиннадцатому, посоветуйся, — сказал Данияр, прощаясь. — Я тоже кое с кем поговорю, потом созвонимся.
Машина уехала, и Прохор повёл Устю в подъезд, не слушая, как она щебечет о чём-то, подпрыгивая и оборачиваясь к нему. Голову сверлила мысль, что с момента взрыва диска мир изменился окончательно, и готовиться надо к самому худшему. Владыки начали новую охоту на формонавтов, не давая им ни единого шанса отсидеться где-нибудь в укромном месте.
— Мы с Лерой договорились пойти к её начальству, — сказала Устя, когда они привели себя в порядок после возвращения. — Хочу устроиться на работу.
— А как же команда? — осведомился Прохор. — Чемпионат мира на носу.

















