Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

Она уже бывала здесь с месяц назад и с интересом изучала жизнь четвёртого числомира, опираясь на опыт и память «родственницы», которую здесь звали Тина. Работала она экскурсоводом в музее древних искусств. В момент выхода Юстины «сестра» Тина как раз сопровождала группу детей в возрасте тринадцати-четырнадцати лет по залам музея и увлечённо рассказывала о жизни художника и скульптора двадцатого века Валерия Хапилина.

Юстина прислушалась к речи «сестры», оценила картины художника, написанные в стиле «магического реализма», и согласилась с мнением Тины: Валерий Хапилин был настоящим Мастером, его работами можно было любоваться долго.

Хотя такую фамилию — Хапилин среди «родных» художников Юстина не помнила. Видимо, он был порождением чисто четвёртого числомира, опиравшегося на сакральные законы цифры 4: стабильность, приводящую к застою, интеллект, власть, милосердие.

Юстина вдруг снова поймала себя на внутреннем ощущении, что она не хочет идти дальше.

Разозлилась сама на себя: уж не страх ли тобой руководит, майор? Девочку Устю по-любому спасать нужно, и без помощи извне ей не обойтись.

Свет в глазах померк, «душа» устремилась сквозь мембрану числоперехода в соседнее с четвёртым измерение и ещё дальше, во второй числомир, где жила Устинья, жена Прохора-второго.

Дважды «вставало солнце» выхода в иные псисферы, взошло оно и в голове Устиньи.

Юстина обрадовалась: уже двое суток она падала здесь в «глубокую яму сознательной темноты» И вот Устя наконец очнулась!

Глаза стали видеть; точнее, психосоматика Юстины подсоединилась к нервным каналам Усти, и её «душа» увидела то, что видела пленница.

Смазанные, будто видимые сквозь слёзы, тени, белые, с металлическим просверком, стены, чьи-то светящиеся, полные угрозы глаза напротив.

Юстина инстинктивно «дёрнулась» назад… и почувствовала, что на её голову, вернее, на сферу мыслей-чувств, падает колючая сеть…

* * *Прохор тепло попрощался с телохранителями, которые сопровождали его до двери квартиры, и в хорошем настроении вошёл в прихожую. Позвал:

— Юстик, ты дома?

Никто ему не ответил.

Не чувствуя опасности, он повесил куртку в шкаф, заглянул на кухню, потом в гостиную и обнаружил любимую лежащей на диване.

Юстина лежала навзничь, спокойно, сложив руки на груди. Дыхание её было медленным и ровным. Сначала он подумал, что она уснула, потом заметил сверкнувшую под пальцами правой руки грань эргиона и понял, что подруга путешествует по числопаутине.

Прохор облегчённо рассмеялся, потормошил Юстину за руку, посидел рядом, разглядывая расслабившееся и ставшее каким-то беспомощным лицо женщины, сбегал на кухню, включил кофеавтомат и вернулся в гостиную с чашкой в руке.

Юстина лежала в том же положении.