Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

— Нам нужно десять минут на юстировку второго импульса, — послышался грубоватый голос.

— Хорошо, позвоните, когда закончите.

Шаги, стук закрывающейся двери.

— Мы не справимся за десять минут, — осуждающе заявил обладатель хлипкого блеющего голоса.

— Подождёт, — буркнул его напарник. — И так возимся без перерыва сутки, голова гудит.

— Так ведь не твоя голова гудит, а носителя, — хихикнул блеющий.

— Надоело это тело, в лемуриках сидеть удобнее.

— Всё, кончай трепаться, работаем.

Прохор осторожно приоткрыл веки.

Он сидел в деревянном кресле, пристёгнутый к нему керамическими скобами — по запястьям и лодыжкам.

Судя по звукам, доносившимся из-за спины, служители суетились возле устройства, к которому было прикручено кресло, но их самих видно не было.

Стены комнаты покрывала металлическая сетка с вырастающими из её узлов шипами, что живо напомнило Прохору тюрьму Прохориила-999, в которую агенты Владык превратили кабинет Прохориила. Здесь было устроено то же самое, только в качестве камеры использовалась одна из комнат частного дома. Может быть, действительно это был коттедж мэра Вологды, как говорил Саблин-второй.

Обслуживающие устройство мужчины за спиной пленника заспорили.

Прохор понял, что пора действовать, другого такого шанса могло и не представиться.

Он попробовал напрячь мышцы рук и ног.

С болью пришло понимание бессмысленности этого занятия. Скобы на запястьях и лодыжках были прочные. Тогда он вспомнил, что служители, подготавливающие устройство для второго выстрела в первый числомир, говорили о меркабе. То есть именно о своём аппарате. И хотя Прохору никогда не приходилось видеть настоящую меркабу, с её копией он был знаком не понаслышке, так как сам собирал подобные многогранники; имелся в виду эргион.

Следовательно, за его спиной располагался тот самый источник энергии, способный изменять числоформную матрицу мира, и этим обстоятельством можно было воспользоваться.

Он осторожно обследовал пси-сферу «родича», медленно «остывающую» после скачка нервного напряжения при прорыве барьера между вторым и первым числомиром.

«Пространство» головы пошатывалось, и в нём ощущалось наличие «дыры». По-видимому, это и было устье психоэнергетического канала, соединившего тело Прохора-второго энергетической «пуповиной» — здесь и его же психику там, в первом числомире.

Прохор «на цыпочках» обошёл «дыру», не собираясь пока бросаться в канал числоперехода. Вернулся к действительности, сосредоточился на включении уже своей «души» в резонансный контур меркабы.

С неба слетело полотнище призрачного света, пронзило голову и тело, всасываясь в каждую клеточку и заставляя её вибрировать. Прохор почувствовал всплеск радости и небывалого всезнания.