Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

В пещеру хлынул дневной свет: гора пыли осела так низко, что освободила проход в неё.

Валерия заслонила глаза ладошкой, потом крикнула «ура!» и чихнула.

Саблин засмеялся, почувствовав облегчение. Какое-то мгновение он сомневался в своих колдовских заклинаниях.

— Поняла теперь, какая сила нам подчиняется?

— Поняла.

— И заметь, никакого волшебства, никакой чёрной магии, а тем более мошенничества.

Увязая по пояс в горе продолжающей рассыпаться и оседать пыли, они выбрались из пещеры в ущелье.

Прошло всего около часа с момента заключения «спелеологов» в каменной ловушке, снаружи ничего не изменилось, ветерок стих, воздух прогрелся градусов до восемнадцати, и от тишины, от жгучих солнечных лучей, свободы и родившегося чувства уверенности в своих силах хотелось петь.

Саблин с трудом сдержал свой порыв.

— На, держи, — отдал он эргион Лере.

— Зачем? — не поняла она.

— Мы зачем сюда шли? Тренироваться. — Он оглянулся на прекрасно видимый теперь зев пещеры. — Вот и продолжим тренировку. Твоя очередь. Восстанавливай осыпь.

— Ты шутишь?

— Эта гора песка и пыли была грудой скальных обломков, я догнал её до конца формоспектра.

А ты попробуй восстановить.

— Разве это возможно?

— Не знаю, — признался он. — С камнями я не пробовал. Кирпич не восстанавливается, пытался как-то раз. Нож свою форму восстановил, стакан тоже.

Они отошли подальше, переступая ползучие ветви кустарника, Лера вытянула руку с эргионом к пещере, посмотрела на мужа вопросительно, и вдруг лицо её изменилось.

— Стой! Не двигайся!..

Он послушно замер, не понимая, в чём дело.

— Что ты увидела?

— Змея… — шёпотом ответила Валерия. — Прямо у твоей ноги… сзади…

— Спокойно, я вытащу нож…

— Не надо, я попробую её…

— Трансформировать?

— Да!

Конечно, проще было бы вытащить нож и отсечь гадине голову, реакции хватило бы, но Данияр отказался от намерения.

— Давай.

Лицо Валерии затвердело, побледнело, ямочки на щеках исчезли.

Струение воздуха слетело с её кулачка, направленное к ноге Данияра. На миг щиколотку свела ледяная судорога.

Он скосил глаза вниз и в бок.

В метре от ноги на плоском камне лежала прямая, серовато-бурая, с черными пятнами и тёмными полосами, прямоугольная палка длиной около метра.

Это и была змея, изменившая форму пожарного шланга на форму бруска. Формоимпульс Леры достиг цели, ошеломив опасное пресмыкающееся настолько, что оно застыло в ступоре.

Впрочем, сама «колдунья» была ошеломлена не меньше.

— Получилось! — изумлённо выдохнула она, широко раскрывая глаза.

Саблин захохотал, подошёл к ней, отобрал эргион.

— Молодец, не промазала. Посмотрим, что будет дальше.

Прямоугольная «палка» змеи опомнилась, попыталась ползти, но у неё не получилось.