Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

Человек не просто спешил, он словно крался, не желая попадаться на глаза, как лиса, стащившая у ротозея-фермера курицу.

— Бегом! — вполголоса бросил Саблин.

Спустились к палатке и сразу увидели на береговых валунах, за палаткой, наполовину в воде, тело в серой штормовке. Метнулись к нему.

В спине мужчины, голова которого лежала на камнях, торчал нож. Этим самодельным ножом, что запомнилось Саблину, друзья Волкова пользовались часто.

Повернули тело на бок, не вытаскивая ножа.

Это был Ёсипыч.

Он открыл мутные глаза, пошевелился.

— Он… ме… ня…

— Видим, — сжал зубы Саблин.

 — Где Салтаныч?

— Пошёл… рыб… ку…

— Лежи, не шевелись, сейчас вызовем своих и местного эскулапа.

— Позд… — Лицо Ёсипыча исказилось, с губ на воротник рубашки стекла струйка крови, глаза застыли.

— Всё, — глухо сказал Валентин.

— Звони Сергею Николаевичу, я догоню…

— Понял.

Не оглядываясь, Данияр взбежал на береговой откос, сориентировался и побежал, как уже давно не бегал: раскрепощённо, по-охотничьи, включив все свои навыки мастера по выживанию в экстремальных условиях.

Если смотреть с берега, лагерь егерей располагался правее, в полутора километрах от палатки Ёсипыча.

Чернявого парня они встретили в полусотне метров от неё, значит, идти ему оставалось чуть больше километра. Отклоняться от маршрута он не станет, не зная дороги, он не местный, поэтому обогнать его можно было по крутым буеракам по-над берегом. Обещанного Волковым беспилотника в Ергаки пока не доставили, хотя в данный момент он не пригодился бы, отряда спецназа у Саблина под рукой не было, и приходилось всё делать в одиночку.

Последнюю мысль он пропустил мимо ушей, начиная охотничий гон.

Тропа вильнула влево, обходя скальный выступ.

Саблин метнулся правее, почти к обрыву: он был здесь однажды и представлял, что по зубчатой кромке обрыва можно сбежать в распадок, а потом по прямой, по длинной каменной косе обогнуть озеро.

Расчёт оправдался.

Пробежав почти полкилометра, он выбрался на тропу между скалой Медведь, и вправду похожей на утонувшего по грудь в земле косолапого, и мощной крепью узловатых сосен, поднимавшихся на взгорок. Прислушался, включив интуицию и все свои психорезервы.

До лагеря егерей оставалось метров четыреста, но чернявый киллер не мог быть здесь раньше, если только не летел на крыльях.

Где-то скатился с тропы мелкий камешек.

Саблин удовлетворённо улыбнулся в душе: егерь крыльев не имел.

Он появился из-за скалы, продолжая шагать широко и целеустремлённо, не глядя по сторонам. Он выполнил задание и теперь вынашивал иные планы, возможно, зная всё от Ёсипыча.

Саблин сжал костяшки пальцев, превращая руки в «лошадиные копыта».