Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

А я там какой?

— Ты везде одинаков, — признался Прохор, — во всех превалитетах — боец. Я специально спросил, уязвить хотел, а когда он ответил, я позавидовал.

— Это хорошо, — усмехнулся Саблин. — Я имею в виду, что я не меняюсь. Есть пример для подражания. Наверно, чем проще человек, тем твёрже его характер.

— Ты о себе?

— Я о тебе.

— Я не простой.

— Вот-вот, брал бы папаша ремень в руки почаще, глядишь, не забивал бы ты себе голову всякой ерундой. Теперь вот расхлёбывай твою кашу.

— Я тебя не просил расхлёбывать кашу, — помрачнел Прохор.

— Ладно, я не в обиде, пошутили и довольно.

Где лучше жить, не спросил? В их числомире или в нашем?

— Мы почти не говорили на эту тему. Насколько я понял, лучше всего жить в седьмом Ф-превалитете. Цифра семь реализует законы справедливости, символизирует совершенный порядок и законченный циклический процесс.

— Семь дней творения, — вспомнил Саблин. — Или Библия не входит в число праведных документов?

— Лжи и вранья в ней предостаточно, но в Библии тоже немало зашифровано полезного, и семь дней творения — сакральное число законченности цикла. Если же сравнивать наш два-мир с одиннадцатым, то число одиннадцать на самом деле означает «второе отрицание Единого», отсюда социум одиннадцатого Ф-превалитета больше подвержен бифуркациям разного порядка, чем наш.

Вывод — жить там сложнее. В каком-то смысле наш второй числомир проще одиннадцатого и строже. А красивее всего — мир десятого превалитета, мир завершённости, гармонии и цельности.

— Ты его видел, что ли?

— Своими глазами не видел, одиннадцатый открыл мне свою память, я как кино посмотрел.

— Везёт же некоторым. А что такое бифуркация?

— Качественная перестройка объекта, смена установившегося режима работы какой-то системы.

— Похоже, мне пора заняться математикой, а то сижу как пень и ушами хлопаю, терминов простых не знаю.

— Насчёт простых — это ты загнул. Могу дать кое-что почитать по числонавтике и формологии.

— Буду признателен.

Зазвонил телефон.

Саблин вынул пластину айкома, но обратку-скайп не включил.

— Слушаю, Витя.

— Машина принадлежит департаменту природных ресурсов, — доложил инспектор ГИБДД, — на ней ездит замминистра. А где ты её обнаружил?

— В Суздале, — сказал Саблин.

— Какого рожна он там делает? Полезные ископаемые ищет?

— Не знаю, может, здесь один только водила, а сам министр на моря укатил. Спасибо, Витя, за мной должок.

— Приезжай, алкотестер обмывать будем, мы его «бодуном» назвали, — хохотнул Виктор, выключая телефон.

— Что? — спросил Прохор, заметив гримасу Данияра.

— Вот тебе и жили не тужили, — вздохнул Саблин с досадой. — Обкладывают нас со всех сторон. То полиция, то какие-то пацаны, то Министерство природных ресурсов.