Бессильная

Одним быстрым движением я выворачиваю его руку под странным углом, слыша, как хрустит кость, и крик вырывается из его горла. Я поднимаю ноги и упираюсь ступнями ему в грудь, мощным толчком отбрасывая его в сторону. Он опрокидывается на спину рядом со мной, камень выпадает из его руки.

Я оказываюсь на нем в следующий удар моего бешено колотящегося сердца.

Мои колени прижимают его руки к земле, позволяя моему полному весу опуститься ему на грудь. Я опускаю руку на его запястье, надавливая на сломанную кость, которая теперь выступает под кожей. Я никогда не думала, что крик может принести мне столько радости.

— Как жаль, что у меня нет моего ножа, чтобы вырезать твое черное сердце. — Я улыбаюсь, наслаждаясь чистой ненавистью, вспыхивающей в его глазах, зная, что он должен видеть то же самое в моем взгляде. — Такой позор!

Когда я успела стать такой злобной?

Что-то привлекло мое внимание, и я перевела взгляд на расплывчатые фигуры, окружающие нас.

Это я.

Десятки болезненно-бледных Пэйдин. Они, спотыкаясь, приближаются ко мне, протягивая руки. Они толкаются ко мне, умоляя о помощи, прося избавить их от страданий.

Я смотрю на них, а они смотрят на меня.

И тогда я улыбаюсь, грустно и медленно.

— Я больше не боюсь себя, — шепчу я.

Эта девушка, эта затравленная, слабая девушка, молящая о помощи, о любви, — это я. Без нее я не была бы той, кем являюсь сейчас. Я все еще преследуема, может быть, даже все еще надеюсь на любовь, но я больше не слаба из-за этого.

И когда мой взгляд снова переходит на Эйса, я уже не улыбаюсь. — Ты думаешь, что можешь использовать себя против меня? Опять? — Мой смех лишен юмора. — Обмани меня один раз — позор мне. Обмани меня дважды — что ж, у тебя не будет шанса сделать это, не так ли? — Я наклоняю голову, вглядываясь в его лицо, искаженное болью.

Я хватаю камень, который предназначался для моего черепа, и поднимаю его над его головой. — Прощай, Эйс, — задыхаясь, говорю я, думая, стоит ли мне испытывать угрызения совести по отношению к этому парню.

Что-то смещается в моем периферийном пространстве.

Иллюзии исчезли, улетучились, когда Эйс ослабел от боли подо мной, и я осмеливаюсь взглянуть на фигуру рядом.

Он весь в крови, большая часть которой, скорее всего, ему не принадлежит. Наши глаза встречаются, и шум боя вокруг меня, который когда-то был таким оглушительным, начинает стихать. Он наблюдает за мной, но ничего не делает, чтобы встать на моем пути. Ничего не делает, чтобы убедить меня не лишать жизни. Ничего не делает, потому что знает, что я справлюсь сама.

Ничего не делает, потому что Кай не поступил бы иначе.

Парень подо мной пытался убить его брата, пытался заставить Кая сделать это за него.