Бессильный чемпион. Том 3

Но ведь все макаронники сидят в застенках царской охранки… Откуда столько набралось?

Воздух дрожит от всплесков моей ауры. Псих-шторм усиливается, устремляя черные клубы к звездам. Невольно враги замирают на истерзанной бойней земле. Глаза в прорезях масок смотрят, как я развожу руки в стороны.

Вспышки молний. Небо содрогается, деревья вокруг вспыхивают огнем и превращаются в пламенные столпы. Пока раскаленные нити пеленают врагов, я бегу между ними, рубя одного за другим. Вскоре на десерт остается всего несколько упавших.

— Сними маску, — велю ползающему Воину.

Свалившие его молнии ослабевают, теперь он может шевелить конечностями.

Трясущейся рукой он стягивает балаклаву. Кудрявые черные волосы, нос с горбинкой. Типичный итальяшка.

— Молодец. Надевай назад.

Под гнетом ауры парень не смеет ослушаться. Маска скрывает лицо, и взмахом Когтей срубаю ему голову с плеч. Иду к следующим. Еще несколько кровавых росчерков — в живых не остается никого. Кроме дрожащей тени у дальнего края спаленной опушки.

— Не стесняйтесь, маркиз, — двигаюсь навстречу. — Вечеринка без вас не закончится.

Руки Лукино испускают синий свет, формируя голубые сферы «айсболов».

Мы оба провожаем взглядами отклонившиеся с курса морозные шары — кто в ужасе, кто со скукой. Разбитый асфальт трассы покрывается ледяной коркой."

"Не тороплюсь разделать парня. Стою на месте, ощущая на шее жжение золота татуировки. Вокруг полыхают деревья, словно гигантские свечи.

— Кто? — обращаюсь к макароннику. — Кто тебя выпустил из-за решетки?

Маркиз сдирает с лица маску. Лицо бледное, взмыленное. В глазах обреченный блеск. Он понял, что это конец. Смерть придет к нему сейчас, в самый разгар молодости.

— Обещаю легкую смерть, если скажешь, — добавлю мотивации обреченному.

Пульсирующие Когти придают веса моим словам.

— Он мне не представился, демон, — рычит Лукино. — Но не сложно догадаться — только у носителя царской крови хватило бы полномочий.

Конечно, я тоже об этом подумал. Царевич Гоша. Итальяшки ему служили. Католику теперь приходится прятать под одежду нательное распятие. Да еще и за демонов, укрываемых Тендо, от папочки досталось.

— Георгий?

— Кто бы еще, — сглатывает Лукино. — Давай уже — рази, демон, как обещал.

— Обещал? — ощериваю ряд острых акульих клыков. — Ты мне ничего не сказал. Догадки не входили в уговор.

Он пытается драпануть. Я подскакиваю и насаживаю его на Когти как ягненка. Острые разрушительные поля пробивают плечо насквозь. Регенерация играет с маркизом плохую шутку — не дает умереть от кровопотери. Отблески окружающего пожара пляшут на его бледном лице.

Сбрасываю Лукино на землю. Удар ботинком в лицо — лязгают зубы, хрустит сломанная скула. Всё, поплыл маркизик.