Бессильный чемпион. Том 3

«Закон распахнутых дверей» — так либеральные журналисты обозначили инициативу Софии. Княгиня предлагает усилить социальные лифты между сословиями. Чтобы дары давались «не только по крови, но и по заслугам». Градировать личные заслуги перед государем и обществом на достойные звания почетного гражданина, личного дворянства и потомственного дворянства. И речь вовсе не о госслужбе, а именно о помощи людям. Создание новых рабочих мест, сложные хирургические операции, открытие лекарств от тяжелых болезней, улучшение жизненного уровня населения…

— Бородова подкупила часть СМИ, — рычит отец.

 — Теперь вся столица обсуждает ее глупую прихоть. Она вздумала сделать из дворянства какую-то Нобелевскую премию. Мы, знать, — привилегированное общество с гарантиями государя! Нельзя продавать пропуски на вершину страны, как билеты на маршрутку. И Бесонов не последнюю роль играет в этой шумихе.

— Артём не отвечает за решения княгини, — мягко говорит Алла. — Вряд ли он имеет влияние на Софию.

— Неужели? Твой Артём уже который день спит с ней под одной крышей, — язвит Стефан. — Это двор тоже обсуждает. Как же его в вашем лицее не хватились? Там же такой жесткий контроль за подобающим поведением учеников и прогулами… Ах да — лицей тоже принадлежит Бородовой!

Щеки Аллы краснеют.

— Какое отношение имеет то, с кем Артём спит?

— Прямое. Либо он под ее каблуком, либо наоборот. Судя по борзоте Бесонова, последнее не менее вероятно. Так что поговори со своим «парнем» и объясни, что если он хочет тебя заполучить, пусть отговорит княгиню продолжать этот цирк.

Княжна подозрительно смотрит на Стефана.

— Отец, ты уже назвал условия, выполнив которые он может встречаться со мной.

— Встречаться — да. Но не жениться.

Лицо Аллы застывает маской.

— Порядочные люди встречаются, чтобы вместе создать семью. Других причин не бывает. После твоего разрешения на начало наших отношений, не будет ли нарушением дворянского слова отказ в их развитии?

— Не будет, — ворчит князь. — Можете встречаться, пока не отдам тебя замуж за другого. За того же Аксюка.

— Я больше не нужна Жене, — пожимает плечами Алла. — У него теперь есть девушка.

— А у Бесонова — целая княгиня, и ничего, вцепился в тебя, как бульдог. И Аксюк не откажется.

Многоженство боги еще не отменили. Так что хочешь с этим простолюдином жить не тужить — уговори его отозвать закон из Земского собора.

С тяжким вздохом Алла смотрит на свои домашние туфли из войлока. Неожиданно громко княжна говорит:

— Люблю я вас, отец, как дочерний долг велит. Как Сварог наказал. И вашему слову готова повиноваться. Скажите выйти за нелюбимого — выйду. Велите в рванье ходить — буду ходить. Но свою честь переступать Сварог мне запрещает. За вас, за ваши убеждения я буду стоять горой.