Без права на ошибку

– Ты – ничего, а вот твой Авдеев слишком много о себе возомнил, думает, что он король этого города, – ближний сложил на груди массивные руки. – Этот гад неуловимый, вот мы и решили добраться до красавчика через его подстилку.

От того, что меня только что назвали подстилкой Дениса, я скривилась, и мужики это заметили.

– Что? – второй усмехнулся. – Хочешь сказать, что не раздвигала перед ним ножки, крошка?

Я нахмурилась.

– Не ваше собачье дело, – выплюнула, сжимая за спиной кулаки.

Стоящий рядом со мной бандит замахнулся и ударил меня ладонью по лицу так, что я упала на бок вместе со стулом, на котором сидела, тихо взвизгнув от нахлынувшей боли.

– Мелкая сука, – прорычал тот. – Научись уважать старших, дрянь.

Наверное, у меня окончательно поехала крыша, потому что неожиданно даже для себя, я тихо засмеялась, продолжая лежать на боку со связанными руками.

– Кого уважать? Тебя?..

Лицо мужика исказила яростная гримаса, и он тут же собирался ко мне подскочить и только бог знает, что сделать, но второй бандит его остановил.

– Стой, – прошипел он. – Ее вообще трогать нельзя, иначе Авдеев нас в порошок сотрет!

– А мне плевать! – заорал другой.

Я хмыкнула, из-за чего привлекла внимание обоих.

– Иди, покури, – приказным тоном сказал «хороший» бандит «плохому». – Я сам с ней посижу.

Тот демонстративно сплюнул на пол и пошел прочь.

Меня тут же вернули в вертикальное положение.

– Сиди и молчи, а то плохо будет, – угрожающе проговорил мужик. – Мне не хотелось бы закапывать твое изуродованное тощее тельце в лесополосе.

Вот сейчас было страшно, если честно…

– Сколько я уже здесь? – спросила еле слышно, даже не надеясь на ответ.

– Пять часов.

Сердце пропустило удар и остановилось.

Пять? То есть сейчас около одиннадцати часов? Проклятье! Отчим, наверное, с ума сходит, а Денис… господи, вот же попала…

– Отпустите меня, – прошептала я, поднимая глаза. – Я же тут не причем…

Мужик хмыкнул.

– Да, несправедливо – виноват твой хахаль, а расплачиваешься ты.

Я прерывисто вздохнула, стараясь унять подступивший комок слез, потому что плакать перед такими отморозками как эти, было унизительно.

Неожиданно в помещение, громко хохоча, ввалились еще несколько мужиков неприятной наружности, что-то бурно обсуждая.

– Серый! Мы тебе там паек оставили, иди, пожри! – гоготнул невысокий и бородатый. – Телку мы сами покараулим.

Тот, которого назвали Серым, потер ладони и пошел прочь, что-то напевая под нос.

Похоже их тут далеко не двое, а намного больше. Я видела двоих, этих еще четверо итого шестеро. Не было печали. Даже если у меня и был шанс убежать, ничего бы не получилось. Против такого количества человек шансы невелики.