Бездарыш

Кстати, весь первый день, проведённый мной на этом берегу, был потрачен на мытьё и стирку. Наполняемые раз за разом сосуды изливали своё содержимое на меня и натёртые землёй вещи. Сам я тоже изначально весь обмазался грунтом, до которого докопался заранее. Чистоты я в итоге добился сомнительной, но зато не воняю теперь кровью Гило.

Что ещё хорошо – за всё время, проведённое на этой стороне реки, я не видел, ни в саванне, ни за её доступными моему взгляду пределами ни единого звероморфа. Похоже, псоглавы остались на том берегу, и бояться мне надо исключительно ходоков и, к сожалению, никуда не девшихся шестилапых львов.

Последние по-прежнему являются хозяевами приречных земель, но я наловчился избегать с ними встречи, вовремя взбираясь на деревья. Вокруг полно дичи, и обладателям непробиваемой шкуры нет смысла меня караулить внизу. Порычат и уходят.

Странствовать вдоль реки в одиночку не так сложно, но я прекрасно понимаю псоглавов, не желающих селиться в саванне. Не имея возможности защититься от шестилапых убийц, обременённому детьми племени тут ловить нечего. Выходом могло бы стать строительство стен, но какого размера должна быть та крепость, что остановит огромного ходока, зачастую ещё и наделённого боевым даром?

Тот же Гило, к примеру, легко бы разрушил даже имперский форт, какие стояли у тракта в Предземье.

Спасением для лишённых нормального оружия звероморфов при встрече с ходоком может стать только бегство. Скорее всего, те двое псоглавов, которых я прикончил, занимались не ловлей людей, а поиском ходоков. Наверное, где-то рядом располагалось стойбище их племени.

На равнине заметить гиганта несложно, как и определить маршрут чудища.

Я нарвался на занятых именно этой работой дозорных. Без сомнений, ходоки – главный бич Суши, который самым существенным образом влияет на уклад здешней жизни. Понятно, отчего звероморфы не любят людей. Мы несём смерть в их дом.

* * *С появлением рощ моё продвижение вперёд вдоль реки прилично замедлилось. Теперь каждую я обязательно проверяю на наличие нор. Вот и сейчас мне пришлось отклониться на пару километров от прямого маршрута, чтобы обследовать небольшое скопление пальм, закрывающее своё нутро от любопытных взглядов свисающими до самой земли широкими листьями.

Мешок, лук и колчан, как всегда в таких случаях, я оставил на дереве, куда позже вернусь. Перемещаться ползком удобнее налегке. Когда рядом нет подходящего укрытия, куда в случае чего можно быстро подняться, торчать над травой нежелательно. Это правило я усвоил давно."

"Последние три сотни метров, отделяющие крайнее к роще дерево от скопления пальм, отняли у меня больше времени, чем весь предыдущий путь, проделанный перебежками, но зато я добрался до места никем не замеченный.