Камень. Книга 9

 — Шагай, покажись восторженному плебсу, с королями и князем потом ручкаться будем…

Мое появление из микроавтобуса «восторженный плебс» встретил ревом, а потом принялся скандировать:

— Алекс! Алекс! Алекс!.."

"Я улыбался самой широкой из своих улыбок, махал рукой и даже пару раз поклонился, прижимая ладонь к сердцу, чувствуя себя при этом сраной поп-звездой, а потом решил «похулиганить» — резко вскинул правую руку со сжатым кулаком и заорал во всю мощь легких:

— No pasaran!

Толпа опять взревела, вот появились первые вскинутые руки и раздался дружный рев:

— No pasaran! — рук стало еще больше. — No pasaran! No pasaran!

Тут в дело вступили клаксоны нашей колонны, подстраивающиеся под эти ритмичные выкрики!

Все это безумие не прекращалось еще минут пять, мне опять пришлось кланяться и даже пройти вдоль первого ряда под прицелом телефонов и раздать «пятюню» всем желающим, благодаря и умоляя успокоиться. Не действовало. В голову пришло только одно — необходимо убрать с себя фокус внимания, для чего я достал телефон, набрал Михеева и, перекрикивая толпу, проорал:

— Владимир Иванович, всей молодежи на выход! Я в одного не справляюсь!

Как оказалось, это была плохая идея: выскочившие из машин улыбающиеся молодые люди сходу начали вскидывать сжатые кулаки и орать: «Nopasaran!» — чем вызвали новый взрыв восторгов у разгоряченной толпы!

И опять поклоны, позирование для фотографий с братьями, сестрами, Бурбон, Гримальди, со всей нашей компанией и остальными молодыми людьми из малого света. «Восторженный плебс» в конце концов успокоился и позволил нам пройти к наблюдавшим со стороны за всем происходящим Бурбонам, Медичи и Гримальди.

— Меня бы где так встречали! — улыбался Людовик. — Алексей, уверен, в Париже у тебя поклонников еще больше. Не желаешь проверить? Хоть завтра?

— Позже, государь, — улыбался я в ответ. — У меня здесь еще пара незаконченных дел осталась…

Когда с официозом было покончено, оба короля и князь «возмутились» столь скорым отъездом российской молодежи на родину и предложили отложить сие мероприятие на завтра, а сегодня устроить торжественный прощальный вечер. Родитель и дед Володя под давлением умоляющих взглядов Марии и Варвары были вынуждены согласиться и пообещали, что мы все будем в «Джимис» к одиннадцати часам вечера.

— Папа, — прижималась к отцу «грустная» Варя в лобби отеля, — а ты помнишь, что дед с бабушкой нам с Машей подарили особняк в Ницце, а мы так его и не видели…

— И что вы предлагаете? — родитель делал вид, что он очень недоволен.

— На байках до особняка съездить, — захлопала глазами сестра, — сорок минут туда, сорок минут обратно, а то и быстрее… До ужина всяко управимся.

— На байках? — задумался он на пару секунд и кивнул. — Со мной поедешь.