Билет на Лысую гору

Хотя, по-моему, и усиливать ничего особенно не надо было. На каждое слово старой больной женщины, – тут фея кокетливо кашлянула, – ты выстреливаешь десять своих. А теперь, может, скажешь: куда ты дел Камень?

– Он в надежном месте, – сказал Багров.

Ирке показалось, что он погрустнел. Как бы много он ему ни давал, Камень Пути явно не делал своего хранителя счастливым. Ирка подумала, что ее собственная судьба чем-то похожа на судьбу Багрова. Основной мотив повторялся назойливо, как в скверной пьесе. Сделай все для других – и ничего для себя.

– В очень надежном? Надежнее, чем у гномов? – допытывалась Трехдюймовочка.

– Нет. Одно я знаю точно: я не отдам его никому, пока я жив. Просто не смогу, – Багров сказал это так просто, без рисовки, без преувеличения, что Ирка поняла: так оно и есть."

"Поняв, что ничего более определенного ей не скажут, Трехдюймовочка недовольно хмыкнула.

– И зачем же ты меня разыскал? Чем несчастная обездоленная фея заслужила твое вельможное внимание? – спросила она сердито.

– Я пришел защитить тебя. Ты вытащила меня из перстня. Теперь я твой должник, – сказал Матвей.

Ирке нравилось, как он говорит. Спокойно, с чувством собственного достоинства, хладнокровно, не поддаваясь на эмоциональные уловки феи, стремившейся вывести его из равновесия и что-то выведать.

– Ах-ах-ах! Мой должник! И как же ты собираешься отдавать свой долг? Может, вернешь мне магию? – фея сердито махнула бесполезным веером.

– Не исключено.

– Да-а? Ты отдашь мне то, что двенадцать магов отнимали у меня двенадцать часов подряд? Ты сильнее ритуала лишения? – истерично фыркнула фея.

– Боюсь, что нет. Твоей магии я вернуть не смогу. Но, возможно, сумею наполнить тебя похожей, ничуть не ниже по качеству. Вино, вылитое из стакана на землю, нельзя вернуть обратно, но можно наполнить стакан новым вином, – отвечал Багров.

Трехдюймовочка надула щеки и с презрительным звуком «пууууф!» выпустила воздух.

– И ты сумеешь это сделать? Ты, мальчишка? Ты в курсе, какой уровень собственной магии нужно для этого иметь? И какое мастерство?

– В теории – да, сумею. На практике – ни разу не пробовал. Но попытаться можно. Ты ничего не теряешь, – отвечал Багров.

– Вот-вот! – насмешливо сказал Хаврон, которому почудилось, что он слишком давно молчит. – И я о том же! Я в теории тоже знаю, как стать чемпионом мира по боксу. Да только вот бейсбольную биту на ринг никто пронести не дает.

Матвей терпеливо посмотрел на него. Заметно было, что Хаврон нравится ему меньше, чем фея.

– Что вы имеете в виду? – спросил он подчеркнуто вежливо.

– Да вспомнилось тут про теорию… Был у меня приятель, по фамилии Подслепкин. Посуду мыл у нас в ресторане. Думающий такой, грамотный мужик, теоретически подкованный.