Билет на Лысую гору

Возвращаться в гостиницу не имело смысла, и они отправились по проспекту с перспективным названием «Тупиковый», который начинался одним болотом и заканчивался другим. Посредине же располагалась Площадь Демонократии с виселицами и избой-пытальней.

По дороге Даф присматривалась к прохожим, то и дело толкая Мефодия локтем.

– Чего ты молчишь? Спрашивай давай про Лигула! – подзуживала она.

– А ты?

– Мне врать нельзя! У меня перья! – возмутилась Даф.

– А мне можно?

– У тебя перьев нет! И потом я, как твой хранитель, тебе разрешаю, – заявила Даф, испытывая сомнение, имеет ли она такое право.

Мефодий собрался с мыслями и, подойдя к старушонке, торгующей гипофизами в медовой заливке, спросил:

– Простите, бабуля! Вы местная?

Старушонка, ловящая последние лучи вечернего солнца, открыла глаза и заморгала, как сова. Кажется, она была ужасно удивлена, что к ней кто-то подошел.

– Вы местная, бабуля? – повторил Мефодий громче.

Старушонка приветливо заулыбалась пустыми деснами.

– Ась? Не слышу, милок!

Прикинув, что разговор с глухой бабкой может затянуться до бесконечности, Мефодий решил пропустить вводную часть и перейти сразу к делу.

– Я ищу своего друга, горбуна Лигула! – прокричал он.

– Дрыгало? Какое дрыгало?..

– ЛИГУЛА!

– Ась? Ближе подойти, милый! Не слышу я! – снова пропищала старушонка и, горя желанием помочь, вцепилась Мефодию в руку около пульса."

"– Лигула! Он хотел сообщить мне свой секрет, не знаете случайно, какой? – прокричал Мефодия прямо ей в ухо.

На этот раз старушонка явно услышала, заулыбалась и, не отпуская руки Мефодия, принялась совать ему под нос стаканчик с гипофизами.

– Все знаю, милый! Все скажу! Дай только до шейки дотронуться! – забормотала она, закатывая глаза.

Даф поспешно схватила Мефа за локоть и оттащила в сторону.

– Нет, ты видела эту глухую тетерю? Ась! Тупая как пробка! Я ей про Лигула, а она на руке виснет! – с негодованием обратился он к Дафне.

– Тупая не тупая, а пока ты орал, она обшарила все твои карманы! Кроме того, она высосала у тебя дней десять жизни, не меньше… Хорошо, что я вовремя отсекла ее! – хладнокровно заметила Дафна.

– Что за чушь? Откуда ты знаешь?

– Видишь ли, когда орешь в уши полуночным ведьмам, неплохо иметь в поле зрения их руки. Цеплялась она тебе за запястье? Пальцы к пульсу тянула? Теперь смотри!

Дафна бесцеремонно закатала Мефодию свитер, и он увидел синие следы пальцев, глубоко отпечатавшиеся на коже.

– Чувствуешь что-нибудь?

– Не-а.

– Само собой. Чистая работа. Ну-ка подвигай!

Мефодий послушно пошевелил пальцами. Они онемели и были как чужие.

– Ладно, не забивай голову… До похорон заживет, до свадьбы расчихается. Десять дней не десять лет. В другой раз будешь умнее, – утешила его Даф.