Благосклонная фортуна

И тут же подключался второй:

– Ваше императорское величество ещё вчера вечером после ужина разрешили молодому королю поспешить на похороны!

Ну да, такое разрешение и в самом деле имело место. Хотя император отдал его буквально на ходу, уже спеша в свои опочивальни, где его ждала истомившаяся Катрин. И по сути, ничего криминального в данном отъезде быть не могло. Да и упоминание о куколке вновь придало сил ревнивому мужчине, и он, позабыв обо всём на свете, устремился в реквизированный для себя королевский дворец.

На его подступах тоже было всё в порядке. Чинно стояли на своих постах гвардейцы, виднелись на каждом перекрёстке кавалерийские разъезды, на ступени парадного входа вывалили встречать своего повелителя все придворные как общеимперского, так и местного значения.

Лица у всех виднелись встревоженно-упредительные, но это было и понятно: они переживали. «Почему завоеватель Юга так быстро вернулся? Неужели уже догнал и уничтожил предателей?»

Эти общие мысли и выразил деликатным вопросом один из дворян, имеющих на это право, благодаря своему родству с самим Оксентом:

– Ваше императорское величество можно поздравить с разгромом подлых двурушников?

Тот даже не останавливался для ответа:

– И без меня справятся! А где находится Катрин?

– В своих покоях.

Вначале сильно печалилась от разлуки с вами, а потом решила выспаться и приказала её не беспокоить. Сама закрылась на внутренние запоры и легла почивать. Часа четыре уже, как в той части дворца стараются даже не шуметь…

Упревший от долгой скачки любовник, гремя шпорами по мраморным плитам главного коридора, позволил себе на ходу предвкушающе улыбнуться:

«Ну да, вот она всегда так, выспится днём, а потом ночью из меня все соки высасывает.

Ха! Но зато как шикарно она это делает! – он в нетерпении даже ускорил шаг. – И этот скот Дашиг прельстился на самое святое для меня?! Животное! Надо будет придумать для него казнь самую страшную, чтобы о ней остались легенды в веках!»

Двери и в самом деле оказались заперты изнутри. И после доклада стоящих на посту гвардейцев и при полном спокойствии вокруг завоеватель Юга постучался. Раз, второй, третий, изо всех сил молотя кулаком по полотну массивной двери. В ответ: ни отзвука, ни писка.

Понимая, как глупо он выглядит в глазах своих подданных, когда стучится в собственные спальни, Оксент бросил короткую команду:

– Взломать!"

"Ретивые служаки чуть не лбами в течение минуты дверь вывалили вместе с рамой, ещё пыль продолжала сыпаться с притолка, как переживающий мужчина устремился в комнаты неги и покоя. Но сколько ни метался там, превращаясь в зверя, никого так и не обнаружил. И обращение к себе понял только с третьего раза: кто-то дрожащей рукой протягивал найденную записку.