Блудный папа для сорванца

Ладно, скоро войду в дом и выясню, чем всё закончилось.

– Наигрались? – спросил отец, потрепав взъерошенного Кирюшу по макушке.

– Ага! – он хлопнул в ладоши и радостно подпрыгнул.

– Тогда идемте ужинать и в баньку! – дед подхватил внука на руки и понес в дом. Мне же ничего не оставалось, как плестись следом. Потрясающе, кажется, я ревную сына к отцу…

* * *Лиза

Я примерно представила цену посуды, и мне стало дурно. Еще и ковер явно не отстирается от крови, а драка была из-за меня!

– Извините, ради бога! – всхлипнула я и окончательно разрыдалась, закрыв лицо руками. – Я случайно, простите! – повторяла я, сидя на полу, пока теплые руки не легли на мои плечи.

– Успокойся, Лиза, ничего страшного не произошло. Это всего лишь посуда, а она всегда бьется только на счастье! – свекровь погладила меня по волосам и помогла встать.

Я утерла рукавом слезы и подняла глаза, встречаясь с недоуменным взглядом Антона Семёновича. Он стоял и хмурил брови, волосы были припорошены снегом. Наверное, ходил на улицу.

– Нельзя вас оставить ни на минуту, то драки, то рыдания… Посуда – последнее, что стоит слез, – проворчал он и нехотя добавил: – Извините, я был слишком резок, но… – Гришин отец осекся под тяжелым взглядом жены.

– На сегодня хватит разговоров о серьезном, – твердо заявила она. – Ты баню затопил? Зови этих двух гавриков с улицы и дуйте мужской компанией мыться, а мы тут пока приберемся.

Ужин прошел на кухне в компании Елены Павловны. Идти на улицу уже не имело смысла, и я осталась в доме. Сразу после прогулки мужчины веселой гурьбой ушли в баню, а мы досматривали «Иронию судьбы» и после нее «Чародеев». Телевизор, работающий фоном, здорово отвлекал и заполнял неловкие паузы.

Юля и этот гадкий Лимон заперлись в комнате и оттуда так и не вышли.

Я невольно замечала, как Елена Павловна всё время косится в сторону лестницы на второй этаж и суетливо перебирает пальцами салфетку, лежащую на коленях. Надо же, как она переживает за дочь.

Конечно, она ведь тоже мать и любит своих детей. Сейчас я ощутила ниточку понимания, которая незримо протянулась между нами. Мне хотелось как-то ее успокоить, поддержать, сказать ободряющие слова, но говорить прямо о том, что Юля большая девочка и со всем разберется сама, я не стала.

Просто попыталась отвлечь Елену Павловну необременительными разговорами и начала с того, что похвалила ее стряпню.

Гришина мать действительно очень вкусно готовила, проявляла творческий подход и экспериментировала с обычными блюдами, добавляя в них свою особенную изюминку.

И это стало хорошей, удобной темой для разговора даже для таких малознакомых людей, как мы, имеющих проблемы, которые никуда не исчезли."

"Я показывала ей на телефоне фотографии блюд, которые мы готовили с Кирюшкой.