Блудный папа для сорванца

– Не задумывался о ребенке, пока его тебе под нос не сунули! Бизнес несерьезный, как будто тебе двадцать!

Ну всё, змее на хвост наступили, пошла в наступление. Что еще выволочет из тени на свет божий? К чему еще придерется? Я выпрямился и скрестил руки на груди, вставая в защитную позу. Всеобщее неприятие моего бизнеса начало порядком утомлять. А то, что Виталина решила ударить на прощание побольнее, нисколько не удивило. Другого я от нее не ожидал. Сейчас читал эту женщину как раскрытую книгу, хотя она очень хорошо прятала свои темные стороны.

– Можешь найти себе взрослого. Я же не против, вперед! – мотнул головой, благословляя. – Только сначала сама повзрослей и будь последовательной. Уходя – уходи."

"– Гонишь меня, да? – вздернула она подбородок, злобно прищурившись. – Даешь понять, что мне нечего делать на семейном сборище? Я, вообще-то, с твоими родителями в хороших отношениях! Они пригласили меня и они мне рады! И с твоей сестрой я нормально общаюсь!

– Вита, не нужно пафоса, – с усталым вздохом попросил я, – вот только не нужно мне рассказывать, что ты будешь к ним ходить в гости, когда мы расстанемся. Ты цепляешься за соломинку. Я провожу тебя, пошли.

Кажется, слова про соломинку стали для Виталины последней каплей. Услышав их, она выпучила глаза и затряслась, не в силах найти слова для продолжения нашего разговора. Резко развернулась, схватила сапоги, усаживаясь на тумбу и быстро обуваясь. Потом подскочила и с шумом толкнула дверь.

– Не нужно провожать! Я способна сама дойти до машины!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 33. Гриша. Вечер перестает быть томным

Проводив Виталину, я ощутил, что стало легче дышать. Войдя в гостиную, не обнаружил практически никаких изменений, но, внимательно вглядевшись в лицо Лизы, понял, что ее напряжение ослабло.

Конечно, от ухода Виталины мало что поменялось, родители не стали относиться к ней мягче, она не избавилась от неловкости, а Кирюха не осмелел в мгновение ока, но тем не менее моей бывшей девушке нечего было тут делать. Внутри я ощущал равновесие. Понимал, что поступил правильно.

Сейчас на наших глазах строилась семья. Очень медленно, буквально по кирпичику, но всё же строилась. Посторонним тут не было места.

Отец посмотрел сначала в окно на отъезжающую с диким визгом тормозов машину Виталины, потом на меня, нахмурившись, а потом кивнув, будто бы одобряя. Ничего себе. Неожиданно.

Вряд ли ему нравилась Лиза в качестве моей девушки, но и к Виталине он не проявлял особой любви. А вот мама к ней хорошо относилась и сейчас явно расстроилась, что они даже не попрощались. Посмотрела на меня с упреком, но промолчала.