Бог велел делиться

— А все-таки, что насчет Коломейцева? Когда он исчез? Кто-нибудь может что-то внятное сообщить по этому вопросу? — влезла я.

— Это вон Арсентьев сейчас доложит, — кивнул Мельников на маячившего в стороне лейтенанта. — Арсентьев! Что у тебя со свидетелями? — крикнул он.

Лейтенант тут же подошел к своему начальнику.

— Охранник исчез примерно тогда, когда было совершено преступление, — отчеканил он.

— Ну, значит, надо ехать по адресу, — лениво зевнул Мельников. — Давай организовывай группу, вернее… — подполковник слегка подумал и подозвал к себе Короткова.

Видимо, капитан Коротков в его глазах являлся более достойной кандидатурой на то, чтобы возглавить группу задержания предполагаемого преступника Коломейцева. Арсентьев же получил приказ оставаться в ресторане и ждать дальнейших распоряжений.

— Слушайте, а этот ваш Коломейцев — он со спецназом никогда не был связан? — спросил Мельников у директрисы ресторана Маргариты Георгиевны.

— Вообще-то об этом надо поинтересоваться у администратора, — раздраженно отозвалась та и подозвала Борисевича.

Подошедший Борисевич после вопроса Мельникова начал ожесточенно скрести затылок. И, подумав немного, он скептически отвесил нижнюю губу и пожал плечами:

— Да нет… Он нормальным парнем всегда казался!

— А что, нормальный парень не может служить в спецназе? — усмехнулся Андрей.

— Я совсем не в этом смысле, господин подполковник, — льстиво заговорил Борисевич. — Нормальный — это в смысле средний. Ничем таким не выдающийся, простой такой парень… Никогда я от него не слышал про спецназ, а я всегда всем интересуюсь. Нет, не слышал, — решительно покачал он головой.

— Понятно, значит, скрывал, — спокойно сделал вывод Мельников. — Почему скрывал, зачем сюда Перфильев пошел и как вышла ссора — на эти вопросы нужно нам с тобой ответить, — он красноречиво посмотрел на меня.

Потом подполковник перевел взгляд на Настю и уточнил:

— Скажите, а Сергей был достаточно трезв?

— В каком смысле? — не поняла та. Потом решительно замахала руками: — Нет, если вы в смысле того, не мог ли он устроить пьяную разборку? Да нет, что вы!

— Да я и сам понимаю, что нет, — опустил голову Мельников. — Как говорит эксперт, удар ножом был сделан профессионально, никто другой ничего не слышал. Следовательно, все было сделано сознательно, не спонтанно. Значит, Коломейцев и убитый все же были знакомы. А может быть, и… — подполковник подумал и выдал гениальную догадку: — Может быть, Коломейцев его знал, а убитый Коломейцева и в глаза не видел! Коломейцев был просто нанят для того, чтобы того убить!

— Ага, и именно в ресторане, — скептически подала реплику я.