Бог велел делиться

— Да, — тут же довольно подхватил Мельников. — Тебе же — хе-хе! — теперь, типа, надо доказывать, что ты самый крутой детектив в городе, а?

Мельников явно был рад, что под этим соусом он может теперь спихивать на меня самые нудные и неприятные моменты в расследовании."

"— Ничего я никому доказывать не собираюсь, Мельников, понятно? — отчеканила я. — Просто я к каждому делу, за которое берусь, подхожу ответственно. Может быть, именно поэтому у меня и нет нераскрытых! А что касается моего нынешнего клиента… Если хочешь, могу выразиться несколько пафосно: для меня всегда дело чести — найти преступника. Независимо от того, кто меня нанимает. Моя честь детектива всегда для меня превыше всего. И я не могу пустить это дело на самотек, тем более видя такую пассивность со стороны правоохранительных органов, — не удержалась я, чтобы не уколоть подполковника.

Мельников, однако, не смутился и горячо продолжал:

— Так я же и не возражаю! Я только рад буду, если ты тоже подключишься! Тем более что у вас с Арсентьевым уже был благоприятный опыт сотрудничества. Вот и продолжайте, так сказать, развивать деловые отношения, делитесь своими навыками…

«Похоже, он был бы рад, если бы я теперь раскрывала за него все дела, — усмехнулась про себя я. — Эх, Андрей, Андрей… Куда же девалось твое честолюбие? Или оно уже удовлетворено? Значит, погоны подполковника — это все? Предел твоих мечтаний? Что ж, время покажет, на что ты еще способен…»

— Ладно, давай сюда Арсентьева, мы поедем вместе, — сказала я, видя, что Мельников уже откровенно позевывает, посматривая на часы.

Время и в самом деле было позднее для визита обычных гостей, но мы с Арсентьевым таковыми не являлись, поскольку намеревались прибыть к матери Перфильева по очень серьезному поводу.

Мы вышли из кабинета и двинулись в зал, где нас ждали Арсентьев, Коротков, эксперт и еще пара оперативников. Из всей компании только Арсентьев сохранял невозмутимость, лица остальных же четко свидетельствовали о том, что они измаялись сидеть за столиками в ожидании своего начальника.

— Арсентьев! — строго произнес Мельников, выходя в зал.

Старший лейтенант сразу же вытянулся в струнку.

— Сейчас поедешь с Татьяной Александровной к матери убитого, сообщишь ей о смерти сына… Только тактично сообщишь, Арсентьев, понял? Чтобы истерику не вызвать, — еще строже проговорил подполковник, хотя прекрасно было понятно, что тактичность в подобном сообщении нисколько не смягчит горя матери, а истерика, скорее всего, неизбежна. — Адрес-то узнали, что ли? — спросил подполковник.

— Так точно, — пробасил Арсентьев, вынимая из кармана блокнот.

— Не надо, — остановил его Мельников. — Одним словом, снимешь показания, выясни там поподробнее про ее сына все, что сможешь.