Бог велел делиться

— Да, слушаю…

— Простите, мне нужно встретиться с Андреем Голубковым, — отозвалась я. — Это ваш пациент.

— Это невозможно, — после короткой паузы ответствовал Анатолий Павлович.

— Но мне очень нужно, по важному делу, — не отставала я.

— Нет, не положено, — отрезал невидимый Анатолий Павлович, после чего раздался некий хриплый звук, свидетельствующий о том, что связь отключилась.

Напрасно я звонила в звонок и стучала в ворота — окошечко больше уже не приоткрылось. Казалось, жизнь за чугунными воротами психиатрической больницы совсем остановилась. Я потратила около часа на то, чтобы добиться контакта, затем, поняв, что мои попытки ни к чему не приведут, медленно развернулась и направилась к своей машине, признавая собственное поражение.

Впрочем, оставался еще один адрес. Это был банк, который ссудил Березникову тот самый злополучный кредит. Его адрес и координаты человека, которого допрашивал по этому делу лейтенант Владимир Викторович, я тоже на всякий случай выяснила. На часах было уже пять. Конец рабочего дня, но можно успеть. В конце концов, выехав из Самары в шесть, к полуночи-то я точно смогу вернуться домой. Поэтому я нисколько не раздумывала и направила свою машину на одну из центральных улиц города, где и находилось здание банка.

«Самбанк» выглядел, к моему удивлению, довольно внушительно.

Разумеется, по самарским меркам. Он располагался в одном из новых строений, был снабжен солидной вывеской и массивными, добротно выполненными дверями. Потянув одну из них, я прошла внутрь и сразу обратилась к сидящей у окошечка кассы молодой женщине:

— А как мне увидеть Драгомилова Станислава Владимировича?

— Вам нужно подняться на второй этаж, а дальше охранник вам объяснит, — приветливо отозвалась девушка, и я, кивнув, отправилась в указанном направлении.

На втором этаже меня действительно встретил охранник и поинтересовался, куда я направляюсь. Когда я объяснила, что мне нужно, охранник попросил показать документы, после чего, оставив меня ожидать в вестибюле, исчез в глубине коридора. Спустя некоторое время он вернулся и пригласил меня пройти в один из кабинетов, на котором красовалась табличка «Драгомилов С. В.».

Господин Драгомилов представлял собой очень крупного во всех отношениях мужчину. В первую очередь благодаря росту, который зашкаливал, похоже, за два метра. Видимо, несколько стесняясь таких габаритов, он слегка сутулился. А может быть, к этому его приучили дверные косяки и дверцы автомашин, явно рассчитанные на людей более стандартных размеров. Когда я вошла в кабинет, Драгомилов стоял у окна, широко расставив могучие ноги, обутые в модные ботинки где-то сорок седьмого размера, и с кем-то разговаривал по мобильному телефону. Развернувшись, он жестом указал мне на стул.