Боги непорядка

И чем дальше, тем чаще те тараканы, что покрупнее, с аппетитом поглядывали на более слабых товарищей. Скушать ближнего своего, чтобы он стал ещё ближе, было для этих насекомых в порядке вещей.

Глава 24

Вражда, которой нет конца

Он шёл по земле узла, и трава под его ногами превращалась в дым. Этот дым мог раствориться в пространстве, мог взмыть к небесам — а мог осесть на землю, став чем-то другим. Чем-то, что только напоминало траву, но уже не являлось ею.

Хаос дарил могущество.

Хаос дарил свободу.

Хаос был основой всего, даже Порядка.

И пусть превращать Хаос в Порядок и было задачей всего Упорядоченного — он не захотел служить винтиком этой задачи.

Упорядоченное отобрало у него всё: безбедную жизнь, любимые привычки…

И даже пса. Теперь этот пёс обрёл разум и пытался его убить.

Но Упорядоченное пропустило его к Хаосу, и теперь у него действительно было всё. Всё, чего он хотел многие годы, пока жил на проклятом узле Священной Пирамиды. Многие годы наедине со своими видениями и мрачным миром вокруг. Многие годы разговоров с одним лишь самим собой.

Он мечтал вырваться, мечтал напиться, накуриться, на… Девочек найти, в общем, хотел! Но его единственным собеседником был Джокер.

Ну а девочкой…

Пожалуй, об этом позоре вообще стоит забыть. И никому не рассказывать. Даже себе. Даже своей правой ладони.

Главное — что сейчас у него наконец-то было всё.

И плевать, что взамен пришлось воевать со всем миром. Он был на вершине пищевой цепочки Порядка, и он же был на вершине пищевой цепочки Упорядоченного. Он точно знает, что таких сил, что дарил Хаос — не было ни там, ни там. Когда он был богом, он был обычным неудачником. А вот когда стал хтонием — стал богом.

И теперь даже земля менялась от его шагов.

— И долго вы собираетесь от меня бегать? — остановившись, спросил Хан, потому что почувствовал, что ещё немного, и придётся драться. А драться он не хотел.

Он не для того пришёл на этот узел, чтобы всех убить. Нет! Сегодня он пришёл поговорить и расставить все точки над «ай». А убить можно и потом. Поэтому Хан продолжал ждать ответа.

И, наконец, дождался его:

— Да кому ты нужен, торчок? Свали в закат и не отсвечивай!

— Ужасная Нум в своём репертуаре, — криво улыбнулся Хан. — Но у вас с бабулей нет другого пути, кроме как служить мне!

Кусты зашевелились, выпуская из зарослей пожилую женщину азиатской внешности, которая почему-то смотрела на него с сочувствием.

Раньше он, наверно, даже обиделся бы… Но сейчас ему было всё равно, как на него смотрят.

— Мальчик, я могу назвать ещё пару сотен наших путей, где тебя нет вообще… — улыбнулась женщина. — И, как ты понимаешь, ни на одном из них мы тебе не служим.

— Бабуля, ты тоже не меняешься… — ухмыльнулся Хан.

— О нет! Бабуля я — для хороших мальчиков! А для таких уродов, как ты, я — Ло.