Богоборец (СИ)
Эта война казалась бесконечной. Меня направлял глас высших созданий. Я верил им и выполнял приказы, мечтая, что наступит мир. Пока не узнал правду — им нужна война и смерть. Я обратил свой гнев против тех, кому доверял. И они не простили этого. Наивные твари, мне не нужно отпущение грехов! Я погиб от их рук, и они подумали, что победили. И я так думал, пока не открыл глаза в совершенно другом теле спустя две тысячи лет. Ну что, начнём?
В этот момент зашёл слуга с подносом. Три чашки: две забрали мы с Леной, а последняя переназначалась главе рода. Судя по запаху, у него не совсем чай. Скорее всего, какое-то зелье."
"— Тимофей… — отвлёк меня от мыслей Василий Сергеевич. — Дочь сказала, что вы можете помочь в нашей… сложности.
— Отец! — возмутилась Лисицына. — Тим уже в курсе, что у нас в доме есть артефакт, который гробит здоровье, и что мы не можем его найти. Уже избавились от половины вещей, а толку нет. Олег умер. И всё этот урод Боровский!
Глава рода вздохнул и посмотрел на дочь. Кирилл напрягся от имени, что произнесла Лена.
— Если вкратце и весьма импульсивно, то версия моей… Верна. Я прошу прощения за её поведение. Олег воспитывал её почти с пелёнок. Был её другом, когда умерла моя… Елизавета.
Глава рода повернулся и с грустью взглянул на портрет жены.
— Простите, что перебиваю! — решил немного разрядить обстановку. — Я ничего не гарантирую. Мне нужны таблички формаций. Одна или две потребуются, чтобы найти артефакт, и ещё четыре мне за работу.
— А вы, Тимофей, выходит, изучаете?.. — прищурил один глаз отец Лены.
— Папа! — снова вклинилась Лисицына. — Я пригласила Тимофея, чтобы он помог, а не на допрос.
— Лена… — улыбнулся отец. — Давно я не видел, чтобы ты так защищала кого-то. Тебе, случаем, не нравится этот юноша? — серьёзно посмотрел на меня глава рода.
Девушка потеряла дар речи, пока глава рода смеялся. Стала краснеть, а потом вскочила со стула и вместе с чашкой чая выбежала из кабинета. Как только хлопнула дверь, я перевёл взгляд на Лисицына.
— Я Сварожев Тимофей Александрович, безродный аристократ.
— Понял вас, молодой человек, — прервал меня отец Лены. — Вижу, что, несмотря на возраст, вы смышлёный, да и не трус. Застал ваши действия с бандитами.
— Василий Сергеевич, — посмотрел на аристократа, что пил зелья. — У меня дома болеющая мать, и ещё сестра есть… У вас имеются таблички? Какой ранг?
— Они-то есть… — опустил чашку мужчина. — Вот только их у меня всего четыре. Все медного ранга. Я даже не знаю, с какого времени они хранятся у нас в роду.

















