Богоборец (СИ)
Эта война казалась бесконечной. Меня направлял глас высших созданий. Я верил им и выполнял приказы, мечтая, что наступит мир. Пока не узнал правду — им нужна война и смерть. Я обратил свой гнев против тех, кому доверял. И они не простили этого. Наивные твари, мне не нужно отпущение грехов! Я погиб от их рук, и они подумали, что победили. И я так думал, пока не открыл глаза в совершенно другом теле спустя две тысячи лет. Ну что, начнём?
— Что ты творишь? Слезай, нам нужно бежать отсюда, — воскликнул я недоумевая.
— Мне страшно. Пожалуйста, не отпускай меня! Пожалуйста! Пожалуйста! — закричала голая красавица, опять начав плакать. — Я не хочу! Прошу!
Бедняжка… По-видимому, получила психологическую травму. В таком состоянии она явно и шагу не сделает.
Сбросить силой и оставить её здесь?.. Тогда уж лучше убить. Хватило того, что увидел… Ну нет. Не могу я так. На себе нести придётся."
"Я бежал, оглядываясь по сторонам. Рядом с поместьем творился настоящий хаос. Охрана, слуги и пленённые Боровским девушки сильно паниковали.
Хорошо, что Тимофей много времени уделял тренировкам не только магии, но и тела, иначе не смог бежать с дамочкой в обнимку. Пока двигался к выходу, потолок сыпался, пол ходуном ходил, а на стенах появлялись трещины.
Вход для слуг был там же, где и кухня, так что бежал в сторону, где работали грузчики. Там тоже была дверь.
Заперта… Я глянул в окно.
Добежал до ворот и остановился: кое-что привлекло моё внимание. Недалеко от меня высился металлический столб. Из-за грузовика я не заметил его. Сейчас он лежал, придавливая к земле израненного белого лисёнка. На шее рабский ошейник, от которого к столбу шла цепь.
Я сразу вспомнил этого монстра. Он выставлялся на аукционе в качестве лота, и Боровский заполучил его, потратив крупную сумму.
Глянул по сторонам и убедился, что нас никто не преследует. Мне стало жалко бедного кицунэ. Ещё в прошлой жизни у меня была слабость к домашним животным. Собака, кот, конь. Порой мои питомцы понимали меня лучше, чем другие люди.
— Чёрт! — ругнулся я из-за своей слабости. — Слезай, быстро! — произнёс я угрожающим голосом девушке.
— Д-д-д-д-а-а-а! — застучала она зубами то ли от страха, то ли от холода и наконец слезла.
Подошёл к лисёнку и наклонился. Кицунэ даже не шелохнулся. Казалось, у него на это просто не осталось сил.
Лисёнок открыл глаза, и его взгляд… Монстр смотрел на меня столь проницательным и глубоким взглядом, что мне на мгновение показалось, будто он разумный.
Отмахнувшись от безумных мыслей, я протянул руку к ошейнику, чтобы его снять.

















