Богоборец (СИ)

Только сейчас я заметил, что она ещё и без лифчика: на меня смотрели два торчащих соска. Мотнул головой, чтобы отвлечься. Её воспитанием точно займусь.

— Куда нести?

— Урод! Это всё из-за тебя! — подлетев, прошипела сестра и погладила женщину по лицу. — Мамочка…

И вышла из комнаты. Я двинулся следом, и глаза сами опустились на её почти голый зад. Повернули налево. Комната матери выглядела хуже некуда. Там, где отходили обои, виднелась чёрная плесень.

Аккуратно положил женщину на кровать и укрыл одеялом.

— Свали! — толкнула меня Софья.

Сестра подошла к матери, потрогала её лоб и поджала губы. Затем взяла с тумбочки какую-то жидкость и, придерживая голову, влила немного в рот. Поцеловала в лоб и кивнула головой, будто приняла какое-то решение. Стянула джинсы с кресла и прямо при мне стала впихивать свою упругую задницу в синюю ткань. Следом взяла джемпер. Прошла мимо меня и снова толкнула плечом."

"— Ты куда? Может… — Попытался я сказать.

— Заткнись! — перебила меня сестра. — Ты с ней жил? Нет! Знаешь, что ей нужно? Нет! Может, ты или твой ублюдочный папаша как-то помогли, когда она заболела? Стой, не отвечай… Тоже нет! Поэтому закрой свой поганый рот! Видеть тебя не хочу. У неё не было приступа две недели. Но тут явился сыночек!..

Я понимал её чувства, и она права во многом. Вот только я никому не позволю так со мной вести, даже ей. Да и Тимофей сестре ничего не сделал.

Схватил её за запястье и сжал.

— Ай! — пискнула она и остановилась.

— Послушай меня, — начал я спокойным голосом. — Может, ты и привыкла при своих друзьях щеголять голой задницей да сиськи свои на показ выставлять, но ты девушка. Поэтому при мне будь любезна прикрываться. Я не хочу смотреть на почти голую сестру. И не смей со мной так разговаривать, иначе я тебя выпорю!

— Что? — округлились глаза Софьи. — Ты чё несёшь, придурок?

И попыталась ударить кулаком в лицо. Поймал за предплечье и крутанул девушку так, чтобы её руки оказались за спиной. Сдавил чуть сильнее, чтобы она перестала дёргаться.

— Ты дура? — тихо произнёс ей на ухо. — Мать рядом без сознания лежит, болеет, а ты орёшь и драться лезешь…

— Не трогай меня извраще… — прикусила язык на полуслове, потому что я сдавил её сильнее.

Через минуту юное тело успокоилось. Отпустил её. Как же она на меня смотрела: столько ненависти и злобы к своему только приехавшему брату…

— Делай, что хочешь! — фыркнула Софья. — А я пошла. Попробую раздобыть деньжат.

— Я с тобой! — сказал я, взглянув на мать. Всё равно пока ничем не смогу ей помочь.

Сестра оскалилась, будто задумала что-то против меня.

«Ох и сложно тебе придётся…» — подумал я.

Такие дуры никому не нужны. В жёны точно никто не возьмёт. Разве что воспользоваться и бросить.

Мы вышли из квартиры и спустились по лестнице.