Богиня

Ну и иногда пялился на танцующих девушек.

— Правда, — буркнул он, не отвлекаясь от еды.

Есть мне не хотелось. Тело уже забыло, как это — что-то жевать, проталкивать в горло, глотать. Зато пить получалось прекрасно, ну и иногда брала виноградинку или клубнику и смаковала. Аманда рассказывала, как осваивала свои возможности, мы смеялись. У всех было чем поделиться. Я рассказывала, как пыталась создать настоящую кошку, сколько литературы и анатомических справочников перелопатила. И как оказалось зря.

— Нам только нужно представить в голове, вообразить, что мы хотим — и оно сделается само, — хохотал Дэвид… — а ты справочники!

Они все уже давно занимаются клонированием.

Слуги, танцовщицы, собеседники. Постельные утехи. Я со своей кошкой была самая отсталая и закомплексованная среди них.

— Эх, Любовь. Знал бы я, что тебе нужна помощь в образовании, пришел бы раньше, — промурлыкал мне на ухо Саймон.

Я обернулась к мужчине, сидящему рядом… Его глаза смотрели тепло и восхищенно… Мое сердце затрепетало. Так непривычно. Два года одиночества, почти аскетизма — и я уже почти забыла, как оказывается, хорошо обниматься с красивым мужчиной.

Как приятно чувствовать его сильные руки, как чудесно вдыхать мужской запах и реагировать на комплименты.

— Научишь меня создавать искусственных людей? — шепнула я смущенно.

— С удовольствием, — горячее дыхание взъерошило волосы на виске.

Атмосфера в комнате становилась все более раскованная и непринужденная. И мужская рука на талии, ранее меня напрягавшая и раздражавшая, теперь казалась естественной и на своем месте.

Прекрасное вино, экзотические фрукты, приятная музыка, а главное — мы пусть немного, но своими эмоциями все-таки воздействовали друг на друга.

Радость, Азарт, Любовь, Обман, Инстинкты. Вместе получился весьма оригинальный микс.

Легкость, непринужденность, естественность и некое родство душ. Все это сблизило нас.

Я захмелела… С пьяной восхищенной улыбкой обвела взглядом друзей… Аманда привносила восторженность и смех, Саймон — азарт и любопытство, Николя олицетворял естественную природную тягу к земным удовольствиям, я же наполняла компанию мягким светом любви и доброты… Нет, мы не так сильно действовали друг на друга, как могли на людей, но все-равно легкий налет эмоции каждого прослеживался… Это я пока еще замечала.

Пока еще совсем не напилась. Я знала, что в любой момент могла бы протрезветь, но не хотела этого. Мне было хорошо и весело, я совершенно не хотела приходить в себя.

Аманда была так похожа на мою Марину, оставшуюся на земле. Такая же смешливая и легкомысленная, яркая, как экзотические цветок, кокетничающая напропалую и стреляющая глазами наповал.