Бой тигров в долине. Том 2

Это мое частное дело.

– Я не спорю, – терпеливо возразил Николай Павлович, – дело у тебя может быть любое, я в это не лезу, хоть ты там с бабами встречайся, хоть с агентами иностранных разведок. Но моя задача – обеспечивать твою безопасность, а ты мешаешь мне эту задачу выполнять.

– А ты мешаешь мне работать, – внезапно взорвался Забродин. – Что ты приматываешься со всякой ерундой? Я же сказал: ничего не надо, это мое личное дело, и ничего в этом отеле со мной не случится. И вообще, я там не один. Так что иди, Коля, иди.

Вот именно, он там не один. Он там со своими личными помощниками Славиком и Юлей, которые, выходит, полностью в курсе, зачем Владимир Григорьевич ездит раз в неделю в отель, а он, его старинный товарищ, ничего не знает и знать не должен. Эти помощники, будь они неладны, вообще взяли слишком много власти, к хозяину мимо них не прорвешься, особенно Славка Суханов старается, прямо глотку рвет, чтобы все понимали, какое важное место рядом с шефом он занимает. Юлька-то – она поспокойнее, вперед не лезет, ничего себе не позволяет, голос не повышает, всегда улыбается и вообще любезная такая деваха, а вот Славку Самойлов своими руками придавил бы. И почему Володя этой молодежи доверяет больше, чем ему, Николаю, с которым вместе они не один пуд соли съели? Несправедливо это, неправильно.

Выйдя из кабинета Забродина, Николай Павлович первым делом разыскал того самого телохранителя Андрея, который, как оказалось, был выходным и отсыпался дома. Более того, Самойлов даже сам поехал к нему домой, полагая, что на своей территории парень будет менее зажат и более разговорчив. Но ожидания его не оправдались. Андрей краснел, бледнел, мялся, отводил глаза и невнятно бормотал:

– Владимир Григорьевич сказал, что уволит меня, если я проболтаюсь.

– Но ты ведь знаешь, зачем они ездят в отель, – настаивал Самойлов. – Ты ведь стоишь рядом, за дверью, ты же не можешь не слышать, о чем они говорят.

– Не могу, – понурив голову, признавался Андрей.

– Так о чем?

– Не могу сказать, я Владимиру Григорьевичу обещал никому ничего не говорить. Он уволить грозится.

– Послушай. – Самойлов перешел от настойчивых требований к увещеваниям. – Это ведь и в твоих интересах. Я – твой начальник, я – твой работодатель, моя задача, которую ты помогаешь мне выполнять, это обеспечение безопасности Забродина. Ну как мы с тобой можем эту безопасность обеспечивать, если отель совершенно не прикрыт? Ты сам своей головой подумай, ты же опытный работник…

Он хвалил Андрея, превознося его профессионализм, в котором, честно признаться, Самойлов сомневался, он взывал к долгу, к разуму, к логике, наконец, просил просто поверить ему на слово: Забродин никогда не узнает, кто проговорился Самойлову. Но ничего не помогало.