Больше, чем друзья (СИ)

Защита морских животных — это не только будущая работа, это моя миссия.

А любовь… Если она придет, я приму ее с благодарностью. Но больше никогда не позволю ей управлять моей жизнью.

Отныне любовь для меня — это чувство, которое должно быть источником силы, а не слабости. Поддерживать, помогать расти и развиваться. Если я встречу человека, с которым смогу разделить это видение, — это будет прекрасно.

Сумасшедшая страсть и крышесносные эмоции, которые я испытала с Костей, — незабываемый опыт, и он навсегда останется со мной, но повторить его я не готова. Ни с кем.

Глава 29

Костя

Костя

Два месяца спустя, Москва

Очередная кандидатка на должность хостес пришла в красном платье и преисполненная агрессивной решимости получить работу. Ритмично насаживаясь на мой член, она царапает ногтями светлую кожу кабинетного дивана и неслышно постанывает, помня, что за стенкой полный зал и люди там едят. Понятливая девка и отчаянная, но опыта в ресторанном бизнесе ноль.

Вчерашняя в этом смысле была интереснее. Арина или Ирина — имени я не запомнил, но сосала она недурно. В штат нового ресторана тоже не попала, естественно. Правило не спать с подчиненными у меня работает железно. Своими принципами я поступился только раз, когда на Бали трахнул Машу Лесниченко. И закончилось это, мягко говоря, хреново.

Сестренка друга была для меня неприкосновенной. Я сам себе установил запрет на эту девочку и сам же его нарушил. Это так нехило меня расшатало, что до сих пор в себя прийти не могу.

Повзрослевшая Маха не только похорошела, но и поумнела — стала той еще стервочкой. Она умело играла, конкретно провоцировала, а я велся на каждую ее манипуляцию как последний осел. Ничего не мог с этим поделать. Крыло мощно. Не помню, чтобы так люто кого-то хотел. Забыл, когда так старался нравиться и впечатлять. С Машей я чувствовал себя живым, и в том чертовом душе в моменте был счастлив. А потом сам все испортил…

Блядь. Как вспомню — нутро скручивает. Проклятый остров. Знал бы, что там будет и к чему все это приведет, в черту отменил бы отпуск и не праздновал тридцатник. Манал я эти качели.

Отправив завязанный узлом презик в урну, вежливо выпроваживаю раскрасневшуюся соискательницу, обещая в скором времени позвонить. Вру, понятное дело. На работу не возьму, чисто потрахаться — не интересует. Не торкнуло. А вот той актрисульке, с которой познакомился на прошлых выходных, надо бы написать. Внешне она напомнинает мне Машу и, может быть, хоть как-то перебьет.

Третий месяц малая не выходит из головы. И при каждой мысли о ней меня жестко ломает и размазывает. Сначала думал, что это чувство вины такое изощренное, но оказалось — хуже. Я по ней пиздец как скучаю. Влетел так влетел, по полной.