Боюсь тебя любить

Я этого парня в жизни не видел, но уже готов отвернуть ему башку. Насколько нужно быть козлом, чтобы выпустить эту разноглазую бестолочь на улицу ночью, да еще и в такой холод?

– Звони, – прислоняюсь плечом к железной двери подъезда.

Азарина нервно нажимает на кнопки с номером квартиры, дожидаясь, пока этот хлюпик запустит нас внутрь.

В лифте кооперативной девятиэтажки тесно. Мы стоим невыносимо близко. Я могу дотянуться до нее легким движением руки. Азарина смотрит в пол. Ни разу за эти секунды не пошевелилась.

– Без скандалов, – бормочет себе под нос, но я прекрасно ее слышу.

– Это ты себе или мне?

– Себе, – вздыхает. – Тебе когда-нибудь изменяли в новогоднюю ночь?

– Нет.

– А ты?

– Так и не вспомнить, – пожимаю плечами, почесывая затылок.

Татка закатывает глаза и выходит на лестничную клетку. Нерешительно звонит в дверь.

Наш мачо появляется в одних труселях. Видать, ждал Наташку одну.

– Ну привет, герой-любовник, – отталкиваю его в сторону и прохожу внутрь.

Азарина так и мнется на пороге.

– Ты за вещами пришла, – оглядываюсь на нее, – собирай, – шляюсь по коридору не разуваясь. Ботинки оставляют после себя грязные следы.

– Это кто?

Егорушка стоит, вылупившись на меня как на привидение.

– Это не твое дело, – бурчит Натаха и прячется за дверью ближайшей комнаты.

Парень хочет пойти за ней следом.

Нет, друг, так не пойдет. Прижимаю его к стенке, бегло касаясь глазами лица.

– Запомни раз и навсегда: чтобы я тебя с ней близко не видел.

– Ты...

– Тихо.

Бью под дых, и малой становится более понятливым.

– Спокойно. В следующий раз сломаю нос. Будет больно. Очень боль-но.

8

Отхожу в сторону и вытираю руки полотенцем, которое беру на кухне.

– Хорошая квартира, – осматриваюсь, – предки подарили?

Егорушка что-то пыхтит, но больше не возбухает. Стоит смирно, как обиженная девочка в углу.

– Азарина, давай быстрее, – повышаю голос. Тусить здесь полдня у меня нет никакого желания.

– Я сейчас, – летит в ответ.

Толкаю дверь в комнату, где она копошится.

– Я же сказала, что уже почти все. Не торопи меня, иначе что-нибудь забуду.

– Значит, это будет что-нибудь ненужное. Как, например, это, – поднимаю двумя пальцами плюшевого белого медведя.

– Не трогай мои вещи!

– Ты же в моих рассекаешь, – расстегиваю куртку. Жарко.

– Могу снять.

– Давай, я посмотрю."

"Она открывает рот, но мгновенно его захлопывает. Отворачивается, продолжая молча складывать вещи.

– Ты сюда полквартиры перевезла?

– Я сюда жить переезжала. Навсегда.

– Глупое слово.

– Какое?

– Навсегда. Ты замуж за него, что ли, собиралась? Хотя… это тоже не навсегда.

– Все, – бросает какую-то фигурку в чемодан, – достал. Я не хочу слушать твои рассуждения, ясно тебе?

– Более чем.

Все это выглядит комично. Татуля злится, и это хорошо.