Ботаники не сдаются (СИ)
Итак, лучше сразу озвучить тезис: все любят Ивана Воробышка. Друзья, преподаватели, сокурсники. Это то, что изменить нельзя. Кого любит Иван Воробышек? Всех. И определенно — никого. Пункт #1: он нравится всем девчонкам без исключения, даже мне. Конечно, с условно-эстетической точки зрения и где-то глубоко в душе… А впрочем, я не привыкла обращать внимание на подобные мелочи! Пункт #2: он не замечает таких, как я. Он не видит таких, как я. Для людей подобных Воробышку — нас просто не существует. Потому что такие, как я, находятся вне зоны его внимания. Пункт #3: наплюй и действуй! И этот пункт на самом деле самый важный, потому что с сегодняшнего дня я решительно намерена все изменить! Пусть очкарик и Заучка. Зубрилка, мелочь и скучный книжный червяк. Я скажу вам одно: Ботаники не сдаются!
Ну, разве что чуть-чуть! Однако студия меня впечатлила и подготовка Евгении тоже. Танцевала девушка здорово, насколько я могла судить из танцевальных зарисовок. Очень профессионально.
Блондинка уже выполняла с ребятами из группы какие-то движения, похожие на стиль «Модерн», используя элементы акробатики, но отвлеклась и подбежала ближе, приглушив музыку, как только мы вошли.
— Катя, ты когда-нибудь танцевала? — спросила заинтересовано. — Ваня мне сказал, что вам предстоит выиграть конкурс факультетов в парном танце? Я хотела бы знать, как ты настроена?
Сказать, что я удивилась, значит, ничего не сказать.
— Выиграть?! О, нет, — я покосилась на ухмыляющегося парня, всерьез усомнившись: все ли у него в порядке с головой? — Скорее уж принять участие. Настроена я не очень, но готова попробовать, — сказала честно. — Нет, я никогда не танцевала, зато в детстве пять лет занималась фигурным катанием и до сих пор сажусь на шпагат. — Я задумалась. — Во всяком случае, год назад еще садилась. А танцевать не умею. Совсем.
— Не умеет, — кивнул Воробышек. — Поверь, Женька, не врет, проверено. Зато прыгает она отлично и никакой одышки!
Ну еще бы! Так и захотелось Воробышка треснуть рюкзаком! Вот так и становятся преступниками, особенно, если в рюкзаке вдруг окажется толковый словарь весом с кирпич.
Блондинка смотрела с интересом, незнакомые парни и девчонки прислушивались к разговору, явно меня оценивая, и захотелось, уж если и не утереть всем нос разбором формулы молекулярной кинетики, то хотя бы утонуть в чужом болоте достойно!
Я тоже попробовала расправить плечи.
— Да, прыгаю я неплохо. А еще способна обучаться любой программе в два раза быстрее обычного человека.
Женя удивилась.
— Как странно звучит, Катя. Словно ты о машине говоришь.
— Нет, не о машине, к сожалению.
— Почему «к сожалению»?
— Потому что у машины нет чувств, и она не умеет злиться на разных Клювов, а я могу.
Даже если сестра Воробышка и поняла, о чем я, то виду не подала. Обернулась к брату.
— Обозначь задачу, Вань? Чего ты от меня ждешь?
— Помоги определиться, куда нам двигаться. Посмотри на нее и скажи, что тебе подсказывает чутье.
Девушка снова улыбнулась. Широко. И если внешне брат с сестрой и не были похожи, то улыбка однозначно выдавала в них родство.
— Хорошо, давайте попробуем! — Женя хлопнула в ладони и спиной вперед стала пятиться к своей позиции репетитора класса. — Катя, становись в свободной зоне слева, — скомандовала, — наблюдай за разминкой и вместе со всеми пробуй повторить простые движения. Как получается! Запомни: никаких подвигов! Все в пределах своих сил и возможностей.

















