Ботаники не сдаются (СИ)

Но он всегда был другом, а это куда важнее всех прочих моментов — в моем он вкусе или нет. Андрей врач, Умка, первоклассный врач, такой же, как его дед и отец. Он нам поможет, я знаю, и я ему буду благодарна всю жизнь. Но мои проблемы, это мои проблемы. И Андрюшка мой.

Мы посидели молча, а потом Светка меня обняла.

— Ну чего молчишь, Кать? — спросила мягко. — Рассказала бы, как твои дела с Воробышком? Победила уже всех соперниц одной левой? — Она взяла сырную тарталетку и откусила кусочек. Одобрительно кивнула. — М-м, как вкусно! Вижу, что план по преображению фигуры «Попа-грудь» работает отлично!

Вкусно, не спорю.

Я уже целых пять штук умяла.

— Да не особо удачно, Свет, — неохотно призналась. — Даже не знаю, почему я вдруг поверила, что у меня получится? Разозлилась, наверно. Не влюбится в меня Ванька, несмотря на все шаги. Он меня вообще, как девушку, не воспринимает. Его последние интересуют только в горизонтальной плоскости. Мы уже две недели не общаемся.

— Совсем?

Вздох получился тяжелым:

— Совсем. Правда, он позавчера мне написал в «Фейсбук» сообщение, что хочет поговорить.

— А ты что?

— А я ему не ответила.

— Почему?

Я хмыкнула.

— Да потому что ему от меня реферат нужен, или два. Я же не дура. Один раз получилось на мне выехать, почему бы не повторить. А у меня нет настроения одалживать мозги всяким Клювам. Они мне и самой нужны.

Вообще-то настроения у меня не было по другой причине, но Светке я побоялась в том признаться — иначе бы пришлось сознаваться и в собственной трусости. Уже несколько дней туалетные грымзы во главе с красоткой Снежаной доставали меня тем, что напоминали о споре. Если не встречали в коридорах университета, то усложняли жизнь телефонными звонками, а после внесения в черный список — и сообщениями в соцсетях.

Да, у меня еще было время, но никто не собирался (как я наделась), прощать мне голословное обещание влюбить в себя Воробышка. Я подозревала, что и спор-то до сих пор держался в секрете только потому, что грымзы собирались сделать меня всеобщим посмешищем. Травлю они запросто могли организовать даже своим узколобым умишком, так что, если проиграю, остаться в университете точно не получится.

Но я не могла, не могла, не могла проиграть. Ведь «Ботаники не сдаются!» И этот внутренний раздрай сводил меня с ума.

Хорошо, что был шоколад, капучино и пятикилометровый бег по утрам в любую погоду. Перед третьим шагом я дала себе передышку.

Светка посидела, помолчала, а потом сказала."

"— Знаешь, Умка, на Ваньку мне чихать. Если не оценит, какой ты подарок, значит, так ему и надо! А вот настроение твое мне не нравится.

— Да нормальное настроение, — я осторожно возразила сестре. Зачем Светке еще и мои печали? Взяла в руку роман и важно кивнула. — Я просто книжку читаю со смыслом, вот и задумалась.