Брак на поражение

Но не могу же я теперь бегать за драконом с мухобойкой, отгоняя потенциальных любовниц?

Или… могу?

— Инквизитор Леус, — пробасил наш конвоир, — сержант Тэрин приказал доставить задержанных.

— Впустите, — коротко приказал Витторио.

Отлично. Сейчас попробуем всё объяснить, а потом — вернуть драгоценную рукопись.

Если дракон не настроен жаловаться, можно уладить дело без грандиозного скандала. Главное, чтобы Леус был в хорошем настроении и не попытался снова заманить меня на работу в инквизицию.

Ведь, кроме способности проклинать всё живое, я обладала одним крайне ценным талантом, который тщательно скрывала.

Стражник отошёл в сторону, пропуская нас в кабинет. И я с запозданием поняла, в каком виде сейчас предстану перед Леусом.

— Отпустите меня, пожалуйста! — прошептала и попыталась высвободиться из объятий дракона.

После случившегося в подворотне ощущалась сильная слабость и я была благодарна, что он донёс меня до кабинета. Но разговаривать с Витторио, сидя на коленях у дракона, я не собиралась.

— Как прикажете, прекрасная незнакомка, — в сапфировых глазах вновь заплясали шальные искорки, а по моему лицу скользнул оценивающий взгляд.

Хм… может, я ошиблась и ему досталось другое проклятие? Он не выглядит «бессильным». Скорее, очень приподнятым и готовым к наступлению.

Или заклятие ещё не начало действовать?

— Мне вас магией сюда затащить? — вновь раздался усталый голос Леуса."

"— Моё почтение, Великий инквизитор, — дракон первым зашёл в кабинет и почтительно поклонился

— Моё почтение, несущему свет! — пискнула я, и мышью заскочила следом.

Витторио стоял у окна и смотрел на суетящихся внизу горожан.

Со стороны казалось, что он просто любуется видом на центральную площадь, но я знала, что так инквизитор тренирует свой дар предсказателя. Он и у меня пытался развить эту способность, но прорицатель из меня вышел паршивый.

Я даже собственное будущее не могла увидеть. Зато великолепно считывала память вещей.

И эту способность я искренне ненавидела…

Случайно прикоснуться к старому зеркалу и увидеть смерть его хозяина. Взять в руки старый артефакт и узнать все его кровавые тайны…

Медиумы не умели видеть в вещах хорошее.

Мы считывали лишь боль, страх, агонию. Пропускали эти эмоции через себя, сходили с ума от чужих эмоций…

Поэтому я делала всё, чтобы скрыть дар и избежать работы в полиции. И о моих способностях знали только Витторио и дядя Вергилий.

— Вы свободны, — сказал инквизитор стражнику и окинул нас тяжёлым взглядом.

Интересно, он только мне так «рад»? Или дракона он тоже хорошо знает.

— Ты — моё проклятье и головная боль, — вместо приветствия прошипел Леус, как только наш конвоир выскользнул в коридор.

Ой…

— Вы знакомы? — фыркнул дракон.

— Лучше, чем ты думаешь, Себастьян.