«Братская могила экипажа». Самоходки в операции «Багратион»

Хотя официально они именовались «тяжелые пехотные орудия», но для своего калибра 150 миллиметров имели в боевом положении (без лафета) сравнительно небольшой вес – всего 1700 килограммов.

Это позволяло расчету из 8–9 человек вручную, без помощи тягачей, перекатывать пушки на запасные позиции и быстро маскировать их.

Неожиданного и скрытного удара не получилось. Впрочем, на это мало рассчитывали и Тюльков, и Карелин. Поэтому группа была усилена пехотным взводом.

Отделение разведчиков во главе со старшиной Шендаковым разглядело дополнительный пост, выставленный совсем недавно. Трое немцев лежали в неглубокой траншее возле пулемета «МГ-42». Для того чтобы пройти дальше, требовалось либо менять маршрут и углубляться в лес, либо бесшумно уничтожить пост.

Николай Шендаков, жилистый, крепко сбитый рыбак с Азова, вместе с двумя помощниками решил обойти пулеметный расчет с тыла. Однако сделать это оказалось непросто.

Не зря такие места называют «гнилыми». Сырая земля была усеяна упавшими березами и осинами, которые подгнивали на корню. Кроме того, между кочками разведчиков подстерегали «болотные окна», участки жидкой почвы."

"Заметить их было сложно. Сделав неосторожный шаг, человек проваливался по колено или по пояс. Шендаков попытался обойти опасный участок, но один из разведчиков наступил на ветку. Пулеметчики были настороже, сразу услышали треск и дали несколько очередей.

Действовать следовало быстро. Николай подполз ближе и бросил две «лимонки». Затем все трое разведчиков вскочили и кинулись к расчету. Навстречу ударила автоматная очередь, один из разведчиков был тяжело ранен. Расчет добили, но внезапность была потеряна. Раненого срочно понесли в тыл.

– Теперь только напролом, – связался по рации с двумя своими машинами Карелин.

Два взвода во главе с капитаном Бобичем бежали к батарее. От них не отставали саперы и огнеметчик со своим помощником.

По наступающим открыли огонь из станкового пулемета «зброевка». Спустя минуту гулко замолотил крупнокалиберный пулемет. Самоходки не могли сразу подавить их огонь. Все три машины были вынуждены сделать крюк, чтобы не завязнуть в болотистой низине, над которой густым облаком кружилась мошкара.

Оба взвода несли потери. Продвигались быстрыми перебежками под прикрытием ручных пулеметов. Получалась лобовая атака, которую всячески пытался избежать капитан Бобич, но не смог. Другого варианта не оставалось.

Немецкие артиллеристы выкатили из капонира одно из орудий и разворачивали его в сторону мелькнувших русских самоходок. Обер-лейтенант, командир батареи, отдавал команды второму расчету, который с трудом выталкивал из вязкой земли вторую шестидюймовую пушку.