«Братская могила экипажа». Самоходки в операции «Багратион»
НОВЫЙ фронтовой боевик от автора бестселлера «Самоходка по прозвищу «Сука».Новые атаки отчаянных самоходок Су-76, которые из-за слабой брони и открытого боевого отделения на фронте прозвали «брезентовым фердинандом», «сукой» и «братской могилой экипажа».Однако эти легкие подвижные машины с мощной пушкой и высокой проходимостью, ставшие самыми массовыми САУ СССР, сыграли огромную роль во второй половине войны.Особенно отличились экипажи «брезентовых фердинандов» в легендарной операции «Багратион» – в лесах и болотах Белоруссии вездесущие маневренные Су-76 оказались просто незаменимы: прорывались там, где вязли даже «тридцатьчетверки», наносили неожиданные фланговые удары, подавляли огневые точки, захватывали переправы и плацдармы, замыкая «котлы», в которых сгинула элита Вермахта…Этот роман – дань светлой памяти «тружеников войны», разгромивших группу армий «Центр». Они горели заживо в подбитых самоходках, они истекали кровью в «братских могилах экипажа» – но без их подвига не было бы Великой Победы.
"
"Фельдфебель с полукруглой алюминиевой бляхой на груди показывал шоферу направление, одновременно делая знаки, чтобы он двигался осторожнее. Когда «крупп» выполз на другой берег, фельдфебель бросил взгляд на мотоцикл старшины Шендакова, затем на необычную самоходку.
Николай Шендаков, в наброшенной на плечи немецкой плащ-палатке (единственная маскировка), помахал фельдфебелю как старому знакомому. Карелин в этот момент разглядел блиндаж.
Цели были распределены заранее. Самоходка Карелина выстрелила в блиндаж. Новый заряжающий Федор Слобода мгновенно загнал в казенник следующий фугас. Еще один выстрел разметал остатки земляной подушки и вывернул несколько бревен.
Двигатель «круппа» ревел в полную силу уводя грузовик и гаубицу подальше от дамбы. Самоходка Тимофея Шмарева, опытного артиллериста, выстрелила в зенитку.
Однако тренированный зенитный расчет успел ответить. Бронебойный снаряд, вылетевший из удлиненного ствола со скоростью 850 метров в секунду пробил щиток орудия. Затем, изменив траекторию, прошил верхнюю часть рубки, пройдя над головой наводчика.
Струя спрессованного воздуха отбросила сержанта от прицела. Замолотил пулемет возле шлагбаума. Перекошенная взрывом массивная трехтонная зенитка была еще способна вести огонь. Наполовину выбитый расчет разворачивал ствол, догоняя самоходку.
Младший лейтенант Шмарев метнулся к прицелу. Опыт и два года на фронте помогли ему быстро, почти инстинктивно поймать цель. Взрыв осколочно-фугасного снаряда выбил ствол зенитки из креплений, раскидал расчет.
Мотоциклу с разведкой не повезло. В него успел выпустить половину автоматного магазина фельдфебель, тяжело ранить водителя. Старшина Шендаков срезал его ответной очередью. Но ушедший в сторону грузовик подставил мотоцикл под прицел пулемета «МГ-42».
Скорострельный «машингевер», выпуская двадцать пуль в секунду буквально изрешетил мотоцикл и всех троих разведчиков. Шендаков из последних сил попытался выбраться из коляски. Вспыхнул бензобак. Старшина почувствовал мгновенно обжигающую боль и потерял сознание.
Обе самоходки на скорости пронеслись через дамбу. Офицер военной полиции метнулся прочь. Машина Тимофея Шмарева догнала его и отбросила в сторону смятое тело.
Алесь Хижняк подогнал самоходку к разрушенному блиндажу. Карелин и двое саперов, находившиеся в его машине, соскочили на землю. Искали провод, ведущий к заминированной дамбе.
Навстречу метнулся ефрейтор военной полиции. Он убегал от самоходок, но, увидев русского офицера и саперов, вскинул автомат. Его опередил заряжающий, Федор Слобода. Дал очередь из «ППШ», спрыгнув, подобрал трофейный автомат, не забыв отстегнуть часы.
– Федор, а ну бегом на место! – кричал сверху наводчик Федосеев. – Я тут один остался.

















